Волобуев пожал плечами, встал в стойку и вопрошающе взглянул на Морозова. Тот посмотрел на меня, я вытащил наконец-то меч, но никакой стойки, жду, как наглый бретер, против которого вышел самоуверенный сопляк.
Морозов вздохнул.
— Ладно… Êtes-vous prêt?
Возможно, он ждал, что топну копытом и подниму меч остриём вверх, что в фехтовании означает отказ от боя, но я кивнул.
— Allez, — сказал он и добавил уже без всякой фехтовальной терминологии, — se battre!
Волобуев, подозревая какой-то подвох, пошел на меня осторожно, сабля в его руке порхает, как бабочка, в фехтовании нужно коснуться противника остриём своего оружия, сила удара вообще не применяется, а меч как раз оружие ударного типа, если зацепит, мало не покажется.
Оба следили за мной настороженно и с опаской. Волобуев должен был закончить схватку в первые же секунды, но всё дело в том, что меч в моей руке вовсе не тяжелый лом, которым только скалывать лед с петербургских улиц, сила моих мышц делает его легким, а скорость реакции позволяет замечать начало любого приема Волобуева. И я легко перехватывал саблю с какой бы стороны он ни пытался до меня добраться.
Глаза Морозова становились всё шире, Волобуев хмурился, наконец я выбрал удобный момент и ткнул остриём меча, как шпагой, ему в защитный щиток на животе.
Волобуев охнул и согнулся, Морозов тут же хлопнул в ладоши.
— Рана смертельная, — определил он, — победил курсант Вадбольский.
Я отсалютовал обоим, Волобуев сказал хмуро:
— Те же вроде медведь… а вертишься как белка. Несолидно.
Морозов покачал головой.
— Видел-видел, как с амии занимались Равенсвуд и сам Горчаков. Но не думал, что преуспеют… настолько! Вы сдали экзамен, можно сказать, блестяще.
— Спасибо, — сказал я, — ваше превосходительство.
Он осмотрел меня с головы до ног, вздохнул и сказал уже по-дружески:
— Эх, Вадбольский… Вам на воинском факультете самое место!.. А вы убиваете время в инженерике. Ею могут заниматься и простолюдины! А мы должны защищать Отечество!
Я хмыкнул.
— А если дворян перебьют, а мир захватят простолюдины?
Он отмахнулся.
— Опять эти сибирские шуточки? Мир не сможет без дворян. Это костяк всего, особенно армии.
Военные, подумал я, последнее звено эволюции животного мира, дальше начинаются люди, потом идут инженеры, что уже венец эволюции человека, но улыбнулся вежливо, поклонился.
— Большое спасибо, ваше превосходительство, что поверили!
Он ответил с кислой улыбкой:
— Не я один. Думаете, Горчаков с вами просто так общается?.. Ладно, идите. И продолжайте говорить, что идете к девкам, когда направляетесь в библиотеку!