— Ну так продай.

— Ты оглох, что ли? — опустив голову, буркнул Каллин. — Я же сказал — нет.

Черный Волк улыбнулся чуть шире, но взгляд остался цепким.

— Ну хоть взглянуть можно? Просто посмотреть.

Кузнец закатил глаза.

— Ладно… полюбуйся.

Он достал с пояса связку ключей, отпер массивный железный ящик в углу. Крышка скрипнула, выпуская запах масла и металла. Каллин выудил промасленный свёрток, бережно положил на дощатый стол и развернул ткань.

Перед Черным Волком лежали два топора.

Не сияющие, не искрящиеся бирюзовым светом небесного железа. Они не были украшены даже резьбой или орнаментом.

Обычные. Самые обычные боевые топоры валессарийского образца.

Черный Волк пробурчал:

— Хм… Но выглядят… как обычное оружие.

И только мастер заметил едва заметную дрожь воздуха над лезвиями — словно металл дышал.

Каллин бережно поднял один из топоров, будто держал дитя. Подошёл к чурке, на которой валялся железный пруток. Толстый и добротный, для оград подобные делают. Положил пруток ровнее, ухватил топор поудобнее и махнул.

Вжух! Пруток перерубило пополам. Оба обрубка отлетели в стороны.

— На-ка, смотри, — сказал кузнец, протягивая лезвие ближе к свету. — Ни единой зазубрины. Ни скола. Он не тупится вообще.

Черный Волк наклонился и потянулся к топору. Каллин хмыкнул и отдёрнул топор назад:

— Эй, стой. Не советую трогать лезвие. Сам не заметишь, как до кости рассечёшь.

— Да я аккуратно, — буркнул Черный Волк.

Он едва-едва провёл подушечкой указательного пальца по кромке.

И сразу на коже выступила алая капля.

Черный Волк поднёс руку к глазам, разглядывая тонкий разрез, будто от шёлковой нити.

— Удивительно… — пробормотал он. — Ты прав, Каллин. Это лучшие топоры в Империи.

— Ну всё, посмотрел — и хватит, — сказал кузнец, тут же заворачивая оба топора обратно в промасленную ткань. Движения у него были торопливые, но бережные.

Черный Волк уже хотел что-то сказать, когда услышал лёгкое шуршание. За стеной кузницы что-то скрипнуло, мелькнула чья-то голова в проеме и мгновенно исчезла.

Он резко обернулся.

— А это кто там у тебя? — спросил он, нахмурившись, и положил руку на рукоять кинжала.

Каллин лишь ухмыльнулся:

— Свои. Не волнуйся. Моя охрана, если вдруг какой-то умник решит, что меня стоит ограбить.

Кузнец при этом расплылся в широкой довольной улыбке. Черный Волк прищурился:

— Плохо же ты обо мне думаешь, Каллин. Никто тебя грабить не собирается. Я предлагаю тебе хорошую цену.

Он вытащил из-за пояса тяжёлый кожаный мешочек. Монеты внутри глухо звякнули, судя по всему, там было много солидов.

Каллин лишь отмахнулся.