— Вроде понял, — кивнул я. — А что это за тело, как зовут?

Василиса повернулась ко мне, и её улыбка пропала.

— А вот это и есть плохая новость, Вадим. Мы этого не знаем, ни кто он, ни где он, ни, что важнее всего: почему этот перезапущенный Горыныч не пришёл на Калинов мост, как ему положено согласно вселенскому штатному расписанию?

— А память старого Горыныча к новому переходит?

— А шут его знает, — Василиса пожала плечами.

— Я правильно понял, — предположил я, — что если Горыныч повёл себя как пёс, оторвавшийся от своей привязи, то может быть в любой точке планеты?

Василиса вздохнула.

— Сочи, — твёрдо сказала она. — В любом случае, это наша начальная точка поисков. Теоретически, когда драконья душа искала новую оболочку, она не шастала по всему свету. Она должна была найти новую где-то поблизости от места смерти предыдущего Горыныча. Причём это произошло пять лет назад. Никаких гарантий, что новый носитель так и остался в городе тёмных ночей. И всё же…

— И всё же, — повторил я за ней. — У нас крайне небогатый выбор. Надо начинать распутывать клубок с того конца, где он оборвался.

Я посмотрел на лобовое стекло, по которому зашуршали редкие снежинки.

— Как говорил сквайр Трелони: «В Бристоль, друзья мои!», — громко процитировал я старый мультфильм. — Это я к тому, что нам надо в Сочи. Ты сможешь отпроситься на пару-тройку дней у Светланы Изольдовны?

Василиса усмехнулась:

— Зимой? Да легко. Это летом она бы вцепилась в меня мёртвой хваткой, а сейчас… У меня столько отгулов, что я могу отправиться в круиз. А раз так, то… пожалуй, вези меня обратно на работу. Допишу акты, позвоню, отпрошусь и поедем. Завтра. С утра.

* * *

Дорога в Сочи — это всегда предвкушение чего-то прекрасного.

Ожидание моря, солнца, ласкового воздуха, голубого неба, шума волны, который перекатывает гальку, обкатанную прибоем.

Мы выехали рано поутру, затемно, и я всю дорогу зевал.

— А чего мы едем через Краснодар, Вадим? — спросила Василиса. — Так мы делаем крюк. Могли бы через Адыгейск двинуть, я смотрела карту, а в Краснодаре будем толкаться в пробках, вдыхая выхлопы и пыль.

— Нам нужно навестить одну леди, — сказал я мягко. — Нашу старую знакомую. Точнее, знакомую Бориса Сергеевича, Ядвигу Дорофеевну.

— Ту ведьму? — Василиса недовольно поморщилась. — Она же всё нам доходчиво объяснила. Не будет она снимать проклятие и плевать хотела на наши просьбы.

— А мы вовсе и не пытались её просить. Да, ты пробовала надавить, но это не сработало. Я, может, не великий дипломат, но хочу попробовать просто по-человечески поговорить. Потеряем час, может, полтора. Но если получится — сдвинем с мёртвой точки проблему парня.