— Ты, гимназист, в каждой бочке затычка, — усмехнулся он. — Вечно куда-то лезешь, дерешься, спасаешь всех подряд… А значит, или человек редкого благородства, или просто дурак. И то и другое с подлостью, знаешь ли, не вяжется.

— Убедительно, — кивнул я. — И справедливо. Кстати, если вас интересует — я нитсшест не брал.

— Не сомневаюсь. И — нет, не интересует. Да и остальные, если подумать… — Дельвиг нервно побарабанил по рулю большими пальцами. — Нравится мне это, или нет — без Геловани, похоже, не обойтись.

— Почему? — удивился я. — Вот уж не думал, что Ордену не хватает людей… или дело в полномочиях?

— И в них тоже. Если слухи не врут — его сиятельство лучший сыскарь во всем Петербурге — а то во всей России. У него изрядный опыт самых необычных расследований. А мы… — Дельвиг протяжно вздохнул. — Меня учили убивать чудовищ и закрывать Прорывы, а не гоняться за людьми.

Звучало разумно. В самом деле — рядовые вояки и грозные георгиевские капелланы представляли собой немалую силу. Полномочия Ордена наверняка простирались так далеко, что я не мог даже догадываться об их истинном пределе — да и был ли он вообще?

И все это годами служило лишь одной цели: защищать Империю от вполне осязаемого, конкретного, зубастого и когтистого Зла. Упыри, Жабы, Лешие и прочая нечисть то дело вылезали из Прорывов, порой жрали людей — но жили в этом мире недолго. Обычно до того самого момента, как на шум являлись армейские грузовики, под завязку набитые солдатами с пурпурными погонами.

Но на этот раз Зло действовало тайно — и потусторонние твари были лишь орудием в руках того, кто соорудил нитсшест. Таинственный кукловод не только прятался за кулисами, но и явно умел вовремя обрезать ниточки у сломанных марионеток… Неудивительно, что его преподобие чувствовал себя беспомощным — настолько, что его на мгновение даже захотелось пожалеть.

— Ну… — проговорил я. — Зато мы убили Лешего. Вы убили.

— Это, безусловно, изрядное достижение. — Дельвиг, похоже, принял мое сочувствие за издевку. — Но в дом забрался уж точно не Леший — это дело рук человека.

— Разумеется, человека. — Возразить мне было, в общем, нечего. — Возможно, того же самого, кто оставил нитсшест в подвале на Васильевском.

— Верно мыслишь, гимназист, — вздохнул Дельвиг. — В подвале — и там, откуда я забрал второй. Тот самый, который ты видел час назад.

— И где же? — Я тут же навострил уши. — Вы сами нашли, или?..

— Не знаю, стоит ли вообще тебе рассказывать. — Дельвиг скосился на меня, мрачно вздохнул — но все-таки продолжил: — Впрочем, какой уж там секрет, если все столичные газеты пишут… В общем, третьего дня в сад дворца князя Юсупова забралась Жаба. Убила двух человек из прислуги, едва не загрызла хозяйку — к счастью, Николай Борисович подоспел вовремя… Он, конечно, в годах — но Талант еще не утратил.