— Сказал парень, коллекционирующий мангу, — поддел его Ромка, но затем решил вернуть разговор обратно к важному, чтобы как обычно не слить все в обсуждение фигни: — Давайте-ка для всех, кто не в теме: каким образом связаны браслеты и заколка?

— Очень просто, — Шана, успевшая за время разговора вклиниться между Сеней и Ильей на диване, пожала плечами. — Браслеты блокируют божественную магическую сущность, будь то Искра или сам бог, при этом на магов послабее не действуют совсем. Допустим, Арсению «Пальцы Смерти» как Великая Мать-река до причинного места. А вот… нашей выгоревшей они заблокируют доступ к огню, не позволяя плести руны. Когда бабушка Мьялиг придумала их концепцию, она ориентировалась на силу молодых богов, потому богиня Сарасвати смогла пробиться через мощь браслетов и подчинить Сонг Вей — про это, надеюсь, вы помните. В общем, первые боги — это мощь, даром, что ли, миры разделяли-соединяли и при этом до сих пор обладают колоссальной силой. Но! Браслеты тоже сила, потому Сарасвати, хоть и пробилась через браслеты, все же была из-за них на уровне средненького мага и сама снять уже не могла. А наша искомая заколка, случайно напитавшись… одной особенной крови, стала артефактом, способным разрушить и «Пальцы Смерти», и любые другие кандалы, и тому подобное.

— А если не надевать на эту саму Искру браслеты? Отобрать их у Штаута, заодно надавав тому по щам, чтобы не лез ни в магию, ни в литературу? — предложил очевидное Алекс, хотя при нем же этот довод Илья отметал тысячу раз.

— Врата откроются, — в тысячу первый ответил он и, поймав на себе взгляды ото всех друзей разом, отвернулся к окну — ему не нравилось рассказывать про последнюю вероятность, в которой пришлось побывать. — Я не знаю как — не видел. Мне показали лишь, что если на Лане Смирновой не будет браслетов, Сарасвати ее убьет, пока Лин Вей активирует Систему Рубежей. Богиня ее то притягивала обратно из телепорта, то сама за ней прыгала сквозь пространство — неважно, итог все равно один. А вот из-за «Пальцев Смерти» Искру Огня тупо в упор не видели, и та оставалась жива, и Земля оставалась цела. Конечно, погибало много народа что в Шамбале, что потом на Рубежах, но в целом мир уцелел. В противном случае…

Он зажмурился, пытаясь избавиться от вставшей перед глазами картинки с последним бастионом творцов, и почувствовал, как Шана сжала его руку.

— С хе…

— Лех, заткнись, — упредил Сеня вечные риторические вопросы Алекса. — Сказал Илья, что заколку надо вернуть, значит, вернем.

— Так она ж в Авекше, — вставил Ромка, единственный запомнивший все из их обсуждений. — Ну, Верховный сам сказал, что оставил ее там.