— Эх… — горестно вздохнула Шана и раздосадовано покачала головой. — Придется мне возвращаться домой и трахать Аджита.

Теперь все взгляды устремились к ней, но уже не сочувствующие, а удивленные.

— А без жертв совсем никак? — спросил Алекс.

— Чего? Ты думаешь, мне трахнуть Аджита, как принести себя в жертву, что ли? Чтобы ты знал, Аджит, во-первых, красив как бог. Во-вторых, великолепный любовник. В-третьих, мой жених, которым так легко манипулировать, ведь он меня любит. А еще у него есть доступ к нужным нам архивам и хранилищам артефактов. Он, конечно, под домашним арестом сейчас должен быть из-за того нападения на Искру Огня, но родичи отмазали, скорее всего, свалив все на меня и мое дурное влияние. Надо бы ему заново это дело организовать, только теперь уже полноценный.

— Злая женщина, — Сеня посмотрел на нее с явным одобрением, — за что же ты его так не любишь?

— Ну, — Шанкьяхти кокетливо пожала плечиками, — Род Дайджеру добился для моей матери смертной казни с последующим заточением души. Так что… только трахать, манипулировать и подставлять — с любовью пусть к кому-нибудь еще, — она сделала неопределенный жест рукой и поднялась. — В общем, пойду правда навещу женишка, а вы тут ребенка без меня сторожите — я прям чую, как у него свербит проверить, насколько сильно ему вдарит, если он в череду вероятностей сунется.

По домам они так и не разъехались, решив заночевать все там же у Сени. Он, как радушный хозяин, уступил свою комнату Ромке с Наташей с условием, что те поменяют постельное белье, если решат друг другу супружеский долг отдать. Даже «Купол» им ради такого дела поставил. Илье, на которого эта руна не действовала, пришлось отказаться от вполне приличного дивана, на котором уже доводилось спать после первого выпадения из череды вероятностей, и выбрать кресло у противоположной стены, надеясь, что оттуда ничего не услышит. В крайнем случае оставался еще телефон и необходимость прослушать песни какого-то репера, предложившего им сделать фит. В современных реалиях реп слушали больше рока, и Валери прям настаивала, чтобы они согласились, да и ребята оказались не против. Слово оставалось за Ильей, но ему не хотелось слушать и делать выводы — настроение было не подходящим, а сейчас особенно, потому он надеялся, что сегодня до этого не дойдет. Ну, до прослушивания.

И его мольбы оказались услышанными. Утомленные ожиданием и последующей перепалкой, друзья быстро уснули, только Алекс время от времени бормотал что-то невнятное во сне и ворочался. В целом, это не мешало — мешали мысли о череде вероятностей, старшем брате и проклятии. Илью прямо свербило проверить, как оно теперь будет, но без страховочных рун Шанкьяхти или спасительных уколов сомы было боязно. Забавно, конечно, сколько боли всех мастей он успел испытать, только все равно боялся, хотя, казалось бы, давно должен привыкнуть. Не привыкалось, и вместо действа он пялился в натяжной потолок с отражающимся в нем светом уличных фонарей, и думал о том, получилось ли у них или нет, а если получилось — как проверить, ведь Денис в последнюю очередь свяжется с родителями, про Илью и вовсе вспоминать не захочет.