Илья нахмурился. Рори выдать никак не мог, причем не только из-за амулета, а больше потому, что мальчишку в настоящее дело взяли, и он теперь лоб расшибет, чтобы остальных не подвести.

— Я сам догадался, — успокоил Айзек. — Да тут любой мало-мальски соображающий человек догадается, ведь как бы ты еще тогда этот цирк с векшами устроил? И ведь надо же так незамысловато клан Дайджеру со сцены убрать чужими руками. Молодец! Но пока Арсений восстанавливается, надо все равно кого-то для охраны приставить. Не волнуйся, мои люди про Шанкьяхти-хи ничего никому, кроме меня, не расскажут.

Звучало слишком соблазнительно, чтобы не согласиться. Но когда Илья кивал, до него дошла первая часть сказанного.

— А что? Прямо совсем любой догадается?

— Любой соображающий. Вон Макс точно тебя подозревает в связях с нашими дорогими соседями. А твой брат пока что сильно бесится по поводу и без, чтобы соображать. На днях его видел здесь в госпитале — так он на одной чистой силе трех ребятишек исцелил, да не абы с чем, а со всякими страшными болячками. Один, вроде как, с прогерией даже был. Ник уже рукой махнул на попытки научить Дэна концентрации, а потом и сложным рунам. Сам-то Николас только за детскую онкологию берется — ее куда проще взрослой побороть. Ну, любому целителю, кроме твоего брата. Так что не переживай, ни о чем он не догадывается. Но если вдруг какую еще авантюру задумаешь — зови его, не стесняйся. Голова у него, конечно, не вот прям дурная, но эту силушку лучше в какое-нибудь правильное русло, а то, боюсь, больных детишек на него скоро не напасешься.

— Ладно, попробую, — Илья облегченно выдохнул и улыбнулся. — Спасибо, дед! Ты — лучший!

— Знаю, — Айзек вернул улыбку. — Столько лет живу, было бы странно, если б не был им.

Из больницы Илью выпустили при условии, что он съедет от бабушки в специально купленную для него квартиру, где чистильщики установят самые мощные магические щиты, чтобы черный человек не смог так просто туда добраться. Конечно, Илья не стал им говорить, что черный к нему больше не сунется: сначала будет думать, как обойти благословение, блокирующее боевые руны, а потом Илья постарается, чтобы этой твари на хвост присели и обитатели Башни, и чистильщики, и его старший братец заодно, чтобы сила в правильное русло пошла. Ладно, чего уж. Охрана так охрана. Переезд так переезд. Все равно бабушка уже почти доделала визу, хотя с датой они пока с отцом не определились. А без нее смысла оставаться в квартире не было.

Сбор вещей — штука тоскливая. У Ильи всегда в таких случаях возникало ощущение, что больше не вернется. Впервые он почувствовал это в Италии, когда родители сообщили о поездке в Штаты. Они еще не знали, что останутся там навсегда, а Илья сразу понял и своей хандрой портил им настроение и заставлял беспокоиться. В этот раз, играя на опережение, решил взять только самое необходимое, оставляя себе повод приехать сюда еще не однажды. Но тоска все равно накатила.