— Хватит перетягивать всю вину на себя. Во всем, в чем ты винишь себя, виновата только богиня Воды. И никто больше. В моем случае сложнее списать вину на кого-то другого.

— О чем ты?

— Помнишь Артура Грема? Которого убил отец?

Она кивнула.

— Его убил я. Не отец. Теперь ты понимаешь, насколько мне близко то, что ты чувствуешь?

Она не нашлась что ответить.

— Как бы ты сейчас ни истязала себя чувством вины, ни к чему хорошему это не приведет. Все, что ты можешь, это простить себя и идти дальше. Только это поможет нам победить.

— Но ведь…

— Нет ничего более бесполезного и разрушительного, чем вина. Ты можешь пытаться делать выводы из своего… из произошедшего недавно, пытаться быть лучше, но не грызть себя за ошибки, ответственность за которые лежит не на тебе.

Стайка птиц сорвалась с дерева, оставив колышущиеся ветви. Почти с такой же легкостью слова Яна потихоньку изгоняли терзающее ее чувство вины.

— Может… — начала сдаваться Мила. — Может, ты прав…

— Ты доверяешь мне? — вопрос Яна заставил Милу развернуться и посмотреть ему в глаза.

— Да… Конечно, да.

— Тогда просто поверь, что твоей вины в этом нет. Единственное, в чем ты виновата… — У Милы замерло сердце. — В том, что очень красивая.

В груди разлилось тепло, и она искренне улыбнулась. Впервые за долгое время.

— Пей кофе, раз уж отказываешься спать. Остынет, — Ян кивнул на кружку, и Мила вернулась к столику. — Скоро уже все наладится. И мы изгоним из тебя эту дрянь.

— Хотелось бы… Думаешь, недолго осталось?

— Да, потерпи еще немного, и с богиней будет покончено. Векши уже начали подготовку к ритуалу. Это обессилит твою захватчицу, и ты вернешься ко мне улыбающейся и свободной.

Мила бросила на него кокетливый взгляд и спряталась за пустеющей кружкой кофе.

— Да и внешний Рубеж уже не отнимает столько сил, как раньше. Мы близки к победе. Осталось лишь…

Ян недоговорил. Тишину дома, полного «тараканов», нарушило чье-то появление. Громогласный голос Макса, сбивчивый мужской голос и женское щебетание оживили обстановку.

— Кто там? — поинтересовалась Мила.

Сквозь приоткрытую дверь было плохо слышно, и Ян прислушался.

— Судя по голосу, там точно Макс. И, возможно… Густаф? — полувопросом ответил он.

Мила скользнула к двери и выглянула, чтобы лучше расслышать голоса, доносящиеся из холла, а Ян и вовсе вышел все разузнать.

Когда вернулся, Мила уже допила кофе и решала, не налить ли еще.

— Ну и кто там? — спросила она, решив все-таки остановиться на одной чашке.

— Макс, Густаф и сестра Ольги, целительница, кажется. Я ее сам не знаю, но Макс представил. Ли-иза. Меня от имени даже передернуло, еле сдержался… В общем, Густафу стало плохо, когда Макс его нашел, видимо, сердечко шалит — в его возрасте и с тем, чего его шайка-лейка наворотили, не удивительно. А девушка подлечит его.