— Дэн, — заметив тоже самое, позвал Арсений и, когда на зов не отозвались, крикнул: — Дэн! Сзади!

Давыдов не обернулся, только огонь по его ладони стек вниз и растаял в воздухе.

— Дэн! Гончие!

Арсений, собирая на ходу щит, побежал вниз к Давыдову, и самая крупная из тварей ринулась к ним, перепрыгивая зараз через несколько ступеней. Ян сглотнул и тоже побежал туда, хотя ничего сделать не мог, разве что мешаться под ногами. Так было лучше, чем спасаться одному… Какой смысл теперь в спасении? Видимо, Чешир думал похоже, раз не наколдовал им новую завесу. И правильно, лучше уж сразу со всем покончить…

Но когда тварь прыгнула, и Ян успел распрощаться с жизнью, сверху ее придавило метеоритом. По крайней мере, свалившийся с неба огненный камень поначалу вызвал такие ассоциации, а потом уже развернулся в огромного тибетского мастиффа и зарычал, растаптывая остатки тени у себя под ногами. И вслед за ним навстречу черной маслянистой волне, преграждая путь теням, посыпались новые метеориты. Вставали, встряхивались, бросались в бой, рыча и лая, заранее зная, что им все по плечу, и они победят.

— Псы Калки… Проснулись… — благоговейно пробормотал Сеня и обернулся к Дэну, продолжавшему пялиться в никуда.

Защитивший их пес тоже посмотрел в ту сторону, в один прыжок очутился рядом с Давыдовым, толкнул могучей головой в спину, забежал вперед и залаял, привлекая внимание. И когда Дэн все-таки посмотрел на него, мастифф лег на ступеньки, предлагая себя оседлать. К Яну и Арсению подбежали другие псы и сделали то же самое, что и вожак.

— Садитесь, — приказал Чешир. — Они вас довезут до Храма. А за тени можете больше не переживать.

Пришлось послушаться. К тому же сейчас, когда огня больше не было, усталость навалилась с новой силой.

Огненный пес оказался удивительно мягким и теплым. Бежал он быстро, но, чтобы удержаться на его спине, особенно стараться не пришлось. Так вверх по лестнице, затем мимо провала на месте бывшей печати Агни к частично разрушенному Храму Огня со снесенной по диагонали крышей, валяющейся поблизости. Дальше еще одна, уже знакомая лестница и главный зал, где мастифф остановился и снова лег на пол, в этот раз позволяя спуститься. Ян быстро погладил его по голове и побежал к ряду чугунных треногих чаш, рядом с которыми лежала Мила. Упал перед ней на колени, притянул к себе, но только когда девушка приоткрыла глаза, осознал, что она жива.

— Ян, — Мила несмело коснулась его щеки. — Без тени… — и вздрогнула, осознав сказанное.

— Все хорошо, — он попытался подбодрить ее улыбкой. — Теней больше нет. Нигде нет.