Аккуратно выбираюсь из-под одеяла. Беру маг-кристалл и тихо качаю головой.

«Время».

Магия привычно стирает следы человеческого мира. Я возвращаюсь к своему истинному облику: платье из этерийского шелка переливается холодным светом, создавая вокруг меня ореол недосягаемости. Взгляд в зеркало подтверждает: испуганная девочка исчезла. Передо мной стоит маг, готовый к возвращению в холодное величие родного дома.

Подхожу к спящему Марку. Наклоняюсь и шепчу прямо в губы, едва касаясь их дыханием:

— Спасибо за ту сказку, что ты мне подарил.

Нежно целую в закрытые губы и одновременно кладу пальцы на виски. Воспоминания стереть окончательно невозможно, но их можно заблокировать, чтобы не было так больно расставаться. Решаю оставить эту боль только себе, поэтому просто блокирую все воспоминания, связанные со мной. На ноутбуке он найдёт лишь видео с ничего не значащей девушкой. «Загадочная незнакомка, да?» — горько усмехаюсь, но оставляю «якорь разблокировки» в виде поцелуя, с глубокой тоской осознавая, что он, скорее всего, никогда не понадобится.

Когда пальцы касаются его висков, я чувствую слабый, почти отчаянный разряд — сопротивление разума, который даже в глубоком сне пытается удержать меня. В его сознании вспыхивают болезненно яркие кадры: наш первый язвительный спор, шум Бали, обжигающий пар источника и тот самый, последний поцелуй. Я вижу, как он цепляется за эти искры, как пытается сжать их в ладонях, чтобы не отпустить.

Я закрываю глаза и начинаю медленно гасить этот свет. С каждым моим вдохом золотистые нити, связывающие нас, бледнеют, превращаясь в серый пепел. Это не просто стирание памяти — это медленное убийство самого дорогого, что было в его жизни. Я превращаю его любовь в пустоту, а живого, любимого человека — в размытый силуэт, в случайное воспоминание о ком-то, кто когда-то просто был рядом.

Марк во сне едва заметно хмурится. Он чувствует, как из него что-то вырывают, как в груди образуется зияющая дыра, которую невозможно заполнить. Его пальцы судорожно сжимают простынь там, где мгновение назад лежала моя рука, но он уже не помнит, кого ищет. Он просто чувствует фантомную боль от чего-то жизненно важного, что навсегда исчезло из его мира.

Отстраняюсь, чувствуя, как в груди разрастается ледяная пустота. Теперь он проснётся в этом золотистом свете утра, потянется, возможно, даже улыбнётся, но в его сердце будет зиять дыра, которую он даже не заметит. И эта тишина станет моим последним подарком ему.

Платье из Этерии мягко сияет, напоминая о том, кем я являюсь на самом деле и куда мне предстоит вернуться. Здесь я была любимой женщиной, там — изгнанницей.