Я смотрю на него и чувствую внезапный укол тревоги. Его привычка превращать всё в «хак» или «взлом» здесь может стать фатальной. Марк не понимает, что в Этерии за такие «пранки» стирают не аккаунты, а целые жизни.

Марк замирает. На его лице проносится целая гамма чувств: от азарта до внезапного осознания. Он медленно опускает кусок пиццы обратно в коробку и несколько секунд смотрит на меня в полном молчании.

— Оу... — он выдыхает, и его плечи заметно опускаются. — Точно. Клятва.

Он вдруг тихо смеётся, и в этом смехе слышится странное, новое уважение. Кажется, он наконец понял, что столкнулся с «файерволом», который невозможно обойти простым подбором пароля. Магический контракт оказался надёжнее любого земного шифрования.

— Черт, а вы там в Этерии реально умеете писать пользовательские соглашения, которые невозможно оспорить, — он качает головой, возвращаясь к еде. — Ладно-ладно, сдаюсь. Никаких маяков, никакой революции и никакого деанона. Я не хочу, чтобы твоё наказание превратилось из «скучного затворничества» в пытки в каком-нибудь подвале с демонами. Это было бы слишком жестоко даже для такого циника, как я.

Он закидывает в рот ролл и снова становится прежним — ехидным и уверенным в себе.

— Но не думай, что я окончательно смирился! — он лукаво прищуривается. — Я просто перенаправляю ресурсы. Теперь вся моя мощь пойдёт исключительно на твой аккумулятор. Сделаем его настолько идеальным, чтобы ты могла чувствовать себя как дома, даже если вокруг будут только серые панельки и злые собаки с наклеек на моей двери.

Он делает глоток напитка и вдруг задумчиво добавляет:

— Слушай... а если ты протащила накопители нелегально... значит, ты в принципе склонна к нарушению правил? — он смотрит на меня с нескрываемым одобрением. — А я-то думал, что ты просто «правильная девочка», которая случайно сбилась с пути. Оказывается, в тебе живёт маленький хакер. Мне это нравится. Это делает тебя в десять раз интереснее.

— «Правильных девочек» Совет магов не ссылает в немагические миры, — я невольно хмурюсь, и в памяти всплывают обрывки того, что привело меня сюда. Но я быстро беру себя в руки. — Правильные девочки не пытаются разнести мир к демоновой матери.

Я смотрю на него и чувствую странное облегчение от того, что мне больше не нужно притворяться кем-то другим. И то, что его это не пугает, а наоборот — забавляет, делает этот обед на кухне самым уютным за всё время моего пребывания здесь.

Марк замирает с открытым ртом. На несколько секунд он буквально перестает существовать для внешнего мира. Он медленно переводит взгляд с ролла на меня, и в его глазах вспыхивает такой дикий восторг, что это выглядит почти пугающе. Это уже не просто интерес — это настоящий фанатизм.