— Скажи мне честно: он и правда виноват в твоём срыве?

Я сглотнула ком в горле. Этот момент всплыл в памяти, оставив горький привкус на языке. Келлад был лишь искрой, но он знал точно, куда ударить, чтобы вызвать пожар. Я посмотрела отцу прямо в глаза.

— Да, пап. Он воспользовался моей эмоциональной нестабильностью. Думаю, у него был какой-то ментальный артефакт, который раскачал меня так, что я перестала понимать, что творю.

Келлад был красавцем и обаятельным засранцем. Я действительно верила, что он меня любит. Помогала ему в разработках нового артефакта, искренне веря, что мы вместе сделаем мир лучше. Я создавала большинство деталей и связей, заливала ману до полного опустошения резерва, а потом неделями восстанавливалась.

«Я никогда тебя не любил, ты была лишь средством для моего карьерного роста». Именно так он и сказал. И это была его последняя фраза перед тем, как мои глаза ослепила ярость. Я всегда была сдержанной — при моем объеме резерва контроль был жизненной необходимостью. Но в тот миг я просто сломалась.

Мама прикрыла рот ладонью, и по её щеке скатилась одинокая слеза. Она смотрела на меня с такой бесконечной жалостью, что мне на мгновение стало физически тяжело дышать. В Этерии эмоции всегда были более интенсивными, и даже через кристалл связи я ощутила волну её сострадания — густую и почти удушающую.

Отец заметно напрягся. Его челюсти сжались, а взгляд стал холодным и жестким. Он не был из тех, кто мог бы размякнуть от слёз, но я видела, как в его глазах вспыхнул настоящий гнев — не на меня, а на того, кто посмел так цинично использовать члена их семьи.

— Этот подонок... — процедил отец сквозь зубы. — Использовать чувства дочери одного из старейших родов ради карьеры... Это не просто предательство, это стратегическая глупость. Келлад переоценил свою значимость и катастрофически недооценил твою силу, Лисса.

Он сделал глубокий вдох, возвращая себе самообладание, и снова посмотрел на меня. Теперь в его голосе звучала сталь и непоколебимая решимость.

— Твои слова о ментальном артефакте — это именно то, что нам нужно для Совета. Если мы докажем, что твоя воля была подавлена внешним воздействием, срыв перестанет считаться осознанным преступлением и перейдёт в разряд «несчастного случая вследствие магического воздействия». Это единственный законный путь к твоему возвращению.

Мама вдруг подалась вперёд, её голос стал почти умоляющим.

— Лисса, милая... Пожалуйста, береги себя. Мы знаем, что этот мир буквально высасывает из тебя жизнь. Не трать остатки маны ни на что, кроме базового выживания. Мы сделаем всё, чтобы ты вернулась домой как можно скорее. Ты только держись, слышишь?