Он резко останавливается у выхода из терминала, где нас ждёт бесконечный, бурлящий поток жёлтых такси.

— Кстати, о координатах! — он хитро смотрит на меня. — Раз уж ты не можешь телепортироваться вслепую, значит, наша поездка в отель станет твоей первой «точкой сохранения» в этом городе. Так что смотри в оба, запоминай каждый поворот и каждый запах. Чтобы, если я вдруг решу сбежать с тобой на какой-нибудь заброшенный остров в Мраморном море, ты точно знала, куда нас возвращать.

Он машет рукой нагловатому таксисту, и его голос мгновенно становится громким и властным.

— Эй! В центр! Быстрее, чем если бы за нами гналась полиция всех стран мира! — он подмигивает мне. — Ну что, готова к первому уроку выживания в стамбульском трафике?

Языковой барьер едва не становится причиной того, что мы застреваем в аэропорту на неопределенный срок. Нам приходится использовать весь арсенал из ломаного английского, жестов и отчаянных попыток Марка договориться с водителем, который, кажется, общался исключительно на языке ярости и экспрессии. Но когда машина наконец срывается с места, скорость поездки создает впечатление, будто мы опаздываем как минимум на запуск космического корабля.

Весь путь превращается в какой-то сюрреалистичный аттракцион. Мы несемся по многополосным шоссе, лавируя между машинами с миллиметровой точностью, которая кажется самоубийственной. Шумный таксист всё время ругается в открытое окно на других водителей, размахивая руками и выкрикивая что-то гневное на турецком, а за окном мелькают бесконечные ряды бетонных зданий и яркие вывески. Жара стоит такая плотная и липкая, что даже кондиционер в салоне не справляется — кажется, что асфальт вот-вот начнет плавиться прямо под колесами, превращаясь в черную смолу.

Марк, напротив, кажется абсолютно счастливым в этом хаосе. Он всю дорогу с каким-то мазохистским удовольствием наблюдает за тем, как таксист пытается донести свои мысли с помощью экспрессивной жестикуляции и криков, иногда даже согласно кивая водителю, будто они старые знакомые по одному безумному цеху. Когда машина наконец резко тормозит у входа в отель, он выходит из салона первым, буквально выпрыгивая в этот раскаленный воздух. Марк выглядит на удивление бодрым, хотя его футболка слегка прилипла к спине от влажной жары, а на лбу выступили капельки пота.

— Кажется, мои мозги сварились, — шумно выдыхаю я, когда мы наконец оказываемся на пороге отеля, чувствуя, как ноги слегка подкашиваются от этого бешеного темпа.

— Добро пожаловать в реальный мир, Мелисса, — он усмехается, глядя на моё измученное лицо. — Здесь нет магических кондиционеров, которые охлаждают воздух одним щелчком пальцев. Только ты, сорок градусов в тени и водитель, который, кажется, считает, что правила дорожного движения — это всего лишь дружеские рекомендации.