- Хм, это плохо? Я поднимаю брови.

- Для меня, как, я думаю, и для тебя.

- Я хорошо катаюсь на лыжах, - говорю я, фыркая.

“Нет, это не так. Ты великолепен. Тебе это легко дается, Томас.

Она произносит мое имя так, словно это секрет. Как будто ей разрешено использовать его так, как никому другому. Мой пульс учащается. Я хочу, чтобы она сказала это снова — ближе. Медленнее.

Ее комплименты вызывают у меня беспокойство и восторг одновременно. Все спортивные журналы пишут обо мне такие вещи, но слышать, как это говорит ее мягкий, мелодичный голос с искоркой в глазах — это совершенно другое.

И нет, дело не только в этих розовых губах и длинных пальцах, играющих с ее бокалом вина. Я привык, что мной восхищаются как суперзвездой, привык, что женщины смотрят на меня как на какого-то греческого бога. Но не так. Здесь все по-другому. Как будто меня видят. Как будто я что-то значу.

Я хочу, чтобы она знала, что ее тоже видят.

Я хочу, чтобы она знала, что ее не просто увидели — еепочувствовали . Прямо сейчас я чувствую ее в своей груди, нутром, в напряжении, нарастающем в моих ногах под этим столом.

Боже, мне нужно показать ей, что я понимаю, что я чуткий и чувствительный, и все, что любят женщины, верно? Трудно это было сделать, когда я забыл ее имя в ту же минуту, как она мне сказала.

"Ты просто был хорошим и хотел быть блестящим..."

Она улыбается, и ее глаза сияют в тусклом свете. Да, я понял! Очки в мою пользу.

"Итак, ты перестал кататься на лыжах и решил заняться чем-то, в чем ты гениален. Я прав?"

“Да”, - она взмахивает ресницами, но ее самодовольная улыбка исчезает. “Я выбрала писательство и спортивный маркетинг. Знаешь, я думал, что у меня никогда не получится стать героем олимпийских историй. Так что я предпочел бы быть тем, кто напишет эти истории ”.

Я наклоняю голову, изучая ее лицо. Есть что-то знакомое в том, как она вздергивает подбородок, когда говорит.

“ Подожди, ” медленно говорю я, и в уголках моих губ появляется усмешка. - Мы ведь встречались раньше, не так ли?

Она моргает, застигнутая врасплох. - Утренняя прогулка на склоне не считается?

“ Нет, ” качаю я головой. “ Раньше. Я уверен, что видел вас прошлой зимой в Альта Бадиа - может быть, на афтепати? Ты налетел на меня, когда я...

Внезапное воспоминание останавливает меня на полуслове. Правда в том, что в ту ночь я держал под руку безымянную модель, и она потащила меня в темный коридор, готовая на все.

Она смеется, в глазах понимание. Но она не давит, не смущает меня.

“Когда вы занимались связями с общественностью? Берем одного для команды, верно?”