И тут я вижу Катарину.
Темное платье. Никаких каблуков. Нет времени на макияж. Она здесь по работе, а не для удовольствия. Разговаривает с командой мероприятия, стучит по телефону, делает заметки.
Она не блистает в этой комнате.
И, возможно, это не должно быть приятным ощущением.
Но это так.
Потому что, когда она поздравляла меня ранее, просто шепотом у спонсорской стены, она смотрела на меня так, словно я был мифом, обретшим плоть. Она пыталась это скрыть. Но оно было там.
И раньше меня это заводило; эта сдержанность, тот огонь, который она так старалась погасить. Теперь это просто выводит меня из себя. Теперь я больше не в настроении играть в эту игру.
Она хочет Маттео? Отдай ей Маттео.
Она не хочет Маттео? Тогда позволь ей принять решение.
Она хочет быть Ледяной королевой? Прекрасно.
Блестящая девушка рядом со мной наклоняется. Меня обдает запахом ее тяжелых духов.
Катарина оглядывается.
Наши глаза встречаются, ее взгляд переходит на блондинку рядом со мной.
Укол вины пронзает меня. Я почти кричу ей вслед, моя рука дергается, как будто я пытаюсь дотянуться до нее.
Но она отводит взгляд и уходит.
Очевидно, я не стою такой борьбы.
Это меня будит. Я больше не пытаюсь, больше не гоняюсь за тенью Хинтертукса.
***
Katharina
Мне следовало надеть другую обувь.
Мои туфли на плоской подошве скрипят по паркету, как мыши. Мое маленькое черное платье не выглядит слишком маленьким в этой комнате, полной бриллиантов и сверкающего макияжа.
У меня не нашлось времени на макияж.
Я координирую работу с самого рассвета. В моем телефоне 28% заряда и 14 непрочитанных сообщений.
Я глупо надеялась на одно мгновение с ним.
Чтобы сказать ему, я перестал дышать, когда он взлетел над Зайделальмшпрунгом. Сказать ему, что он выглядел сверхчеловеком, когда приземлился. Сказать, что я был горд. Что мне не все равно.
Это я до сих порделаю .
Но он окружен. Смех. Теперьгромче. Касаться друг друга руками, разливать шампанское, позволять блестящим девушкам увиваться в его тени.
А я?
Меня там нет.
Он бросает взгляд в мою сторону.
И не произносит ни слова.
***
Томас
Я вижу, как она уходит.
Не открыто. Не драматично. Просто тень, скользнувшая по краю стойки, значок прессы, скользнувший вбок по ее платью, туфли без каблуков, постукивающие слишком тихо.
На мгновение я чувствую это.
Это притяжение.
Желание встать, догнать ее до двери и сказать, что я сделал это ради нее.
Но я заглушаю это. Быстро. Помогает шампанское. Как и идеальный изгиб задницы модели передо мной.
Она наклоняется ко мне. Смеется. Не требует ничего, кроме внимания.
Поэтому я даю это.