– Что за галерея?

Он же не может быть тесно связан с миром искусства, да?

К тому же совсем недавно переехал в Нью-Йорк.

– «Арс Аструм», – тихо бормочу, надеясь, что слова прозвучат слишком быстро и невнятно и он ничего не поймет, но…

– «Арс Аструм»? Тытам выставляешься? – он высоко вскидывает брови. – «Маленькой галереей» ее можно назвать с очень большой натяжкой.

Отлично.

Может, стоило просто придумать какое-то название – первое, что придет в голову, какую-нибудь ерунду, которую он забудет потом проверить.

Я потираю затылок, а в голосе проскальзывает паника.

– Ты ее знаешь?

– Ну конечно, – фыркает он. – Сам я никогда там не был, но у меня есть приятели, которые за работы из этой галереи бьются на аукционах не на жизнь, а на смерть. Это невероятно престижная галерея. – Я достаю из шкафчика чайные пакетики и краем глаза замечаю на себе его взгляд, в котором светится искреннее восхищение. – Это шанс, который выпадает раз в жизни.

Одобрение Адрианане должно так сильно на меня влиять, но я ничего не могу поделать с разливающимся в груди теплом.

– Думаю, так и есть, – соглашаюсь я.

В его глазах мелькает что-то, очень похожее на веселье.

– У меня такое чувство, что скоро весь мир узнает твое имя.

Поппи, не улыбайся.

Не улыбайся.

Но я все равно улыбаюсь и, чтобы скрыть это, опускаю голову и сосредотачиваюсь на том, чтобы пододвинуть ему через весь стол чашку с заваренным чаем.

– Так что, если все пойдет по плану, мне не придется жить в дерьмовом районе – вроде того, где была сегодня утром, – замечаю я, и при воспоминании об этом неприятно сосет под ложечкой. – По крайней мере, если и перееду туда, то не больше, чем на пару месяцев.

Адриан замирает, не донеся до рта исходящую паром чашку.

– Ты собираешьсяжить в том районе? – он с недоверием смотрит на меня. – Там, где я тебя сегодня нашел?

Честно говоря, на самый крайний случай я рассматриваю этот вариант, но возмущение на лице Адриана заставляет меня замолчать. Весь день я замечала проблескичего-то до боли знакомого – как будто осколки той тьмы, которая в прошлом отравляла наши отношения в Лайонсвуде. Утром в машине, в магазине и вот сейчас…

Как будто он изо всех сил себя сдерживает.

Но зачем?

И внезапно мне приходит в голову импульсивное решение, которое может плохо для меня кончиться.

– Вообще-то,– отпиваю чай из чашки,– я не то чтобысобираюсь , а уже подписала сегодня утром договор аренды.

Я сейчас дергаю льва за хвост, но ужасно хочется увидеть, что скрывается за его тщательно выверенной маской. Вознаграждение получаю мгновенно, когда лицо Адриана искажается от ярости.