– Не дай себя обмануть, – предупреждаю я. – Эта миловидная мордашка – тот еще манипулятор. Может показаться, что он хочет внимания, но у Тоби единственное приземленное желание – поесть. Он будет изводить тебя, пока не получит лакомство.

Словно в подтверждение моих слов, Тоби обходит кругом закрытую банку с кошачьими вкусняшками и снова мяукает.

Уголок рта Адриана дергается.

– Ты и вправду манипулятор, да? – из его уст это звучит как похвала – особенно когда он протягивает руку и нежно треплет зверя за ушами.

«Это не мило,– говорю я себе.–Определенно, совершенно точно не мило».

– Хочешь чего-нибудь выпить? У нас есть чай, вода и «Ред Булл», правда, кофе нет… к сожалению…

Я бросаю взгляд на стол, где валяется разобранная на запчасти кофеварка. Луэнн констатировала ее смерть сегодня утром, после того как вчера я потратила полвечера на ее вскрытие. Мне еще предстоит вынести ее останки к месту упокоения в мусорном баке.

– Я буду чай, спасибо, – кивает он и, оторвавшись от Тоби, присаживается на табурет возле барной стойки и озирается вокруг. Могу только представить, о чем он думает: маленькая гостиная, заваленная моими работами и художественными принадлежностями для предстоящей выставки; наши «декоративные подушки», которые подразумевают дополнительные сидячие места; нераспечатанные счета, сваленные в кучу на столе; грязная посуда, оставшаяся в раковине после вчерашнего ужина.

– Квартира у тебя… – он кривит губы. – Своеобразная.

Я скрещиваю руки на груди.

– Ну, я же говорила, что сейчас пока все неопределенно, – по привычке ощетиниваюсь, ничего не могу с собой поделать. – Мы скоро переезжаем, а у меня планируется выставка…

– Выставка? – перебивает Адриан.

Я замираю.

И кто меня за язык тянул, а?

Дело даже не в том, что яне хочу рассказывать – скорее наоборот. Мне бы очень хотелось дать ему понять, что не вовсех аспектах взрослой жизни я терплю неудачи, но…

Что, если он слишком заинтересуется?

Что, если захочет увидеть всю серию?

Вспоминаю последние работы, которые отвезла в офис Оушен буквально пару дней назад, те, от которых она пришла в восторг.

Картины, на которых темные глаза, большие руки и сверкающие белоснежные зубы.

Я тяжело сглатываю.

– Э-э-э… да просто выставка, пройдет через пару недель. Ничего особенного.

Просто событие, которое полностью изменит мою жизнь.

– Где она будет проходить?

Я наливаю воду в чайник, чувствуя на себе пристальный взгляд.

– Да так, в одной маленькой галерее в Челси. Там они повсюду, так что…

Адриан по обыкновению насквозь видит мою наигранную беззаботность.