И что-то внутри меня щелкает.
Посмотри на меня.
– Адриан, – говорю я и, прежде чем приличия успевают победить мое разочарование, тянусь к рукаву его пиджака.
Посмотри. На. Меня.
И он смотрит.
Впервые за эти минуты, за этигоды, Адриан поворачивается, и наши взгляды встречаются.
Сердце перестает биться.
Он все еще улыбается – очаровательно, вежливо и фальшиво, – но когда взгляд его темных глаз останавливается на мне, кажется, будто кто-то привязал к моей груди двадцатикилограммовую гирю.
Я не могу говорить.
Я не могу дышать.
Он наконец-то смотрит на меня, и язадыхаюсь .
Адриан выгибает бровь, всем своим видом давая понять, что ждет от меня вопроса.
Я тут стою, открыв рот, не в состоянии ни вопроса задать, ни даже слова выдавить, а в это время все присутствующие в зале с любопытством наблюдают за нами.
– Э-э-э… – Щеки пылают, а мозг не работает. Как будто Адриан, когда появился в дверях, выключил что-то у меня в голове.
– Вам еще что-то нужно, мисс?.. – Он делает паузу, как будто ждет, что я представлюсь.
Мисс?
Я хмурюсь.
Пристально на него смотрю.
Он не мигая смотрит в ответ. И все еще ждет.
– Дэвис, – наконец выпаливаю я, когда становится ясно, что он не собирается мне помогать.
– Что ж, приятного вечера, мисс Дэвис.
И, возможно, мне все это привиделось, но могу поклясться, что, прежде чем отвернуться, он скользнул взглядом по моему платью – тому самому, котороеон купил мне десять лет назад.
Что за черт?
Я остаюсь стоять на месте, наблюдая за тем, как он исчезает в толпе. А в голове крутиться только один-единственный вопрос:
Неужели эта сволочь всерьез делает вид, что не знает моего имени?
Глава 7
В такие моменты, как этот, я отчаянно жалею, что никто не знает правды о моих отношениях с Адрианом. Не те туманные обрывки, которыми я делилась с Луэнн, а настоящую правду.Все кровавые подробности, включая шантаж, угрозы и убийство.
Был бы у меня хотя быодин человек, с которым можно поговорить, ничего не скрывая.
Потому что именно так поступают нормальные люди с нормальными отношениями, когда встречают своих бывших: за бокалом вина они изливают своим друзьям душу, они звонят своим матерям, они раскладывают по полочкам прошлое в приглушенном свете кабинета психолога.
За попытку сделать то же самое меня загребут в полицейский участок.
Так что я остаюсь наедине ссобой, до рассвета мучительно гоняя мысли по кругу, но так и не приблизившись к пониманию того, что произошло на вечеринке.
Он сделал вид, что не знает моего имени.
Я постоянно возвращаюсь к этому моменту нашего недолгого общения. Выжидающе изогнутая бровь, отсутствующее выражение лица… Как будто я была просто еще одной безымянной, безликой девицей, мимо которой он, не задумываясь, пройдет на улице.