К удивлению принца, у него всё-таки получилось зажечь в себе огонь, но уже когда он буквально посинел. Правда, к утру вокруг него натурально растаял весь снег, потому что внутреннее пламя горело ярко. Но учителю и этого показалось мало. Так что медитациями в сугробах на ветру, которые с каждым разом точно становились всё злее стараниями Ромула, дело не ограничилось, как и сном на морозе. К этому прибавились медитации в «духовке». Наставник утверждал, что это как раз почти безопасно и даже приятно, но маг огня с ним согласен не был. Притерпеться-то он притерпелся, но пот всё равно лил с него градом, потому что температура с каждым днём росла. А избивания себя в тесноте каменного мешка связками веток небесной ели он вообще не понял. Однако его тело определённо адаптировалось и к таким издевательствам, что не могло не радовать. Даже то сдавливающий в духовке воздух, то как будто исчезающий оттуда, не стал большой проблемой, только уши закладывало.

Но после этого учитель внезапно опять вспомнил про яды и противоядия. Которые, к удивлению принца, начал принимать и сам, стремительно повышая дозы первых. После чего стал уменьшать количество последних. А когда, по его словам, методика была протестирована, те же приключения с дозировками начались и у ученика. Ощущения, что кровь разносит по телу кислоту, были даже неприятнее утренних побоев, которые всё не сбавляли своего накала, хотя по собственным ощущениям Зэдал стал гораздо сильнее и быстрее, заодно выйдя на пик девятой ступени на насыщенной Кив диете, которую прежде не знал. Королевская семья, конечно, богата, но никому раньше не приходило в голову есть только магических животных с растениями, целиком отказавшись от обычной пищи. Только вот росли и нагрузки… Однако, как часто повторял учитель, маги живучее тараканов, так что организм принца всё же потихоньку привыкал и к отравам, начиная всё меньше полагаться на противоядия.

А когда зима перевалила за половину, Ромул разбудил подопечного с настолько широкой улыбкой на лице, что принц сходу внутренне сжался от плохого предчувствия. С той самой приснопамятной охоты хорошее настроение наставника ещё ни разу не приносило ничего хорошего.

— Проснулся? Одевайся быстрее и на улицу, сегодня великий день, — скороговоркой проговорил Ромул с какой-то безуминкой в глазах.

Наследник послушно выполнил команду и вышел во двор, взяв на этот раз копьё, собираясь пытаться держать учителя на дистанции хоть какое-то время. Охотник же тут же взмахнул рукой, проговорив:

— Оставь эту штуку, она не понадобится.