— Не вовремя, — выдохнул Ридан, и в его голосе прозвучало раздражение.

Он накинул на меня одеяло, натянув до подбородка, и быстро поднялся. Пальцы работали быстро, когда он застёгивал рубашку, будто то, что было несколько секунд назад и не было.

— Надоедливая, — прошипел он, подходя к двери. Остановился, обернулся. — В шкафу есть халат. Накинь. Жди в зале.

— Может, есть что-то лучше халата? — спросила я, чувствуя, как внутри всё ещё бушует огонь.

— Спрошу у Кассандры, — сказал он и, не глядя на меня, открыл дверь.

За дверью стояла Кассандра. В идеальном чёрном платье, с идеальной укладкой, с ледяным лицом, которое даже не дрогнуло, когда она увидела Ридана с расстёгнутой рубашкой и горящими глазами.

— Вас ждут, — сказала она ровно.

— Иду, — бросил Ридан и вышел, даже не обернувшись.

Кассандра бросила взгляд на меня — быстрый, колючий — и закрыла дверь.

Я осталась одна, на огромной кровати, под белоснежным одеялом, с бешено колотящимся сердцем и губами, которые всё ещё горели от его поцелуев.

— Вот же сучка, — выдохнула я, откидываясь на подушки.

Внутри всё кипело. Хотелось кричать, смеяться, бить кулаками в матрас. Или снова притянуть его к себе, чтобы он закончил то, что начал.

Но вместо этого я поднялась, нашла в шкафу мягкий шёлковый халат, накинула его, затянула пояс и посмотрела на себя в зеркало.

Растрёпанные волосы, припухшие губы, горящие глаза. Я выглядела так, будто меня только что...

Я закрыла лицо руками и выдохнула.

— Спокойно, Вилия, — сказала я своему отражению. — Обед. Просто обед.

Я схватила расчёску, привела волосы в порядок, потом подошла к раковине и умылась холодной водой, чтобы хоть немного смыть с лица жар, которым горели щёки после его поцелуев.

Спустя несколько минут раздался стук в дверь.

— Войдите, — сказала я, стоя у зеркала и собираясь уже выходить.

В комнату зашла Кассандра. Она протянула мне тёмное платье, сложенное аккуратными ровными складками.

— Из моего гардероба, — сухо ответила она. — Мы примерно одного размера.

Я взяла платье, и она тут же вышла, не добавив ни слова. Дверь за ней закрылась мягко, беззвучно.

Я развернула платье. Оно оказалось строгим, но облегающим — тёмно-серого цвета, с длинным рукавом и небольшим вырезом. Я быстро надела его, одёрнула ткань на бёдрах и посмотрела на себя в зеркало. Платье сидело почти идеально, в груди было тесновато — видимо, я всё-таки чуть больше, чем Кассандра. Ткань натягивалась, подчёркивая каждый изгиб, и я поймала себя на мысли, что выгляжу... вызывающе.

Вздохнула. Другого выбора всё равно не было.