— Хватит! — излишне резко рявкнул Дубельт.
— Я сказал что-то не то?
— Все то, но не время. Серьезно. На носу война. Победим — займемся этим делом.
— Это годы… — покачал головой граф. — Хотя бы должников потрясите[7].
— Уже трясем. Уже. Мы предложенную вами практику распространили далеко за пределы Царства Польского.
— И дворянства за утрату связи начали лишать?
— Пока нет.
— Зря, зря… Нужно оздоравливать дворянство.
— Время, всему свое время. Уже хорошо, что Государь согласился лишать имущества дворян за долги. У него почти каждую неделю какой-то родовитый проситель слезно молит спасти его. А мне приходится добывать на него папочку со всякой мерзостью. И зачитывать ее в присутствии императора.
— Вас, наверное, уже проклинают совсем открыто.
— В глаза.
— Ну и славно. Если враги вас ненавидят, значит, вы все правильно делаете.
— Но они не враги!
— Это философский вопрос, Леонтий Васильевич, стоит ли считать человека, ненадлежащим образом исполняющего свои должностные обязанности, изменником Родины? Или того, кто проиграл в карты все свое имущество, — душевнобольным?
[1] Здесь Лев Николаевич решился применить так называемый клапан Теслы, затрудняющий прохождение потока жидкости в одном направлении.
[2] Каждое из кормовых колес имеет наклон гребных плоскостей. Из-за чего раздельная регулировка оборотов колес позволяет ими довольно сильно подруливать. Бортовые колеса позволяют развернуться буквально на месте. Здесь радиус поворота побольше, но не сильно. Зато по ширине за габариты не выступают.
[3] Речь идет о восстании баби 1848–1852 годов.
[4] Здесь и далее идет пересказ концепции Хазина на уровне понимании автора.
[5] Венская модель — это система международных отношений, утвердившаяся после завершения Наполеоновских войн на Венском конгрессе 1813–1814 годов. Она добавила к Вестфальской модели принципы правления, основанные на легальности и легитимности, то есть законности и признании.
[6] Вестфальская модель сформировалась по итогам Тридцатилетней войны в 1648 году. Она сформулировала модель суверенности через формулу «Чья власть, того и вера». В широком смысле это распространялось на все аспекты внутренней политики для суверенного государства.
[7] На 1859 год совокупный долг дворян оценивался в 425 млн рублей, при этом в залоге находилось 7 миллионов крепостных и 64% всех поместий. Ситуация в 1850 году вряд ли отличалась значимо.
Часть 3 Глава 9
1850, сентябрь, 13. Казань
Борис Семенович Якоби отпустил стопор катушки. И сразу же в небо стал подниматься странный сигарообразный объект. В пару саженей длиной[1].