Впрочем, глаз от собеседницы не отводил. Надеялся на какую-то эмоциональную реакцию. Но она вновь не выдала себя, если там, конечно, было что выдавать.
— Как жаль.
— Действительно. Слушайте, а вам что-то говорит фраза: «Критическая вероятность сигма-сдвига с массовым распадом альфа-связей»?
— Боюсь, что нет. Какая-то тарабарщина.
— Ясно.
Они помолчали.
Наконец Лев достал часы еще раз и произнес:
— Время. Нам пора возвращаться, чтобы ваши родители не подумали, будто мы им уже внуков делаем.
— Лев Николаевич, это самая ужасная романтическая беседа в моей жизни! Что прикажете о ней рассказывать маме? Она ведь от меня не отступится.
— Расскажите ей о Бразилии, где много диких обезьян.
— Опять эти странные шуточки. Я серьезно!
— Сообщите, будто бы я вел себя самым пошлым образом и томным, романтичным голосом рассказывал на ушко о том, где и сколько я получаю доходов. Отчего вы млели, представляя, как это все спустите в нужник.
— Хам! — несколько резко выкрикнула девушка.
— Милая моя, вы хоть знаете, что означает это слово?
— Вы серьезно? — несколько опешила она и, видя невозмутимость, добавила: — Ну так просветите.
— Хам — это аббревиатура, слово, составленное из первых букв более сложного высказывания. В данном случае «хороший, аккуратный мальчик».
— Ах… — выдохнула она возмущенно.
Лев же послал ей воздушный поцелуй, чмокнув воздух перед собой, и, вставая, предложил свой локоть. Чтобы выйти чин по чину.
— Мальчишка… — буркнула Наталья Александровна, но за локоть взялась. И, как показалось графу, излишне крепко.
Лев с легким удивлением выгнул бровь, и она пояснила:
— Не обманите моих ожиданий… Лев.
[1] Автор не нашел никаких описаний характера Натальи Александровны, поэтому опирался на характер ее матери, которая, вероятно, имела очень большое влияние на ее воспитание. Собственно, Наталья в этой реплике описала примерно то, как жили ее родители в эти годы. Мать еще и интриганкой была, и своего рода светской львицей.
[2] Патроны уже существовали к 1848 году века два как. Бумажные. И Наталья прекрасно поняла, о чем говорил Лев.
Часть 1 Глава 1 // Uno
Не пробуй. Делай или не делай. Нет никаких попыток.
Йода
Глава 1
1848, февраль, 3. Возле Казани
— На свете жил сеньор нестарый, хотя уже немолодой… — напевал тихонько Лев Николаевич песенку из фильма «Дуэнья» и мерно покачивался в своем возке. Несильно, так как тот шел на полозьях.
Морозный воздух освежал мысли, а тепло от мехов и химического обогревателя в ногах обеспечивало изрядный комфорт. Кучера[1] все эти песенки барина веселили, а порой и заставляли задуматься.