Через проход Роман протягивает мне стакан и опускается на свое место.
— Итак. Женился, да? Мне обижаться, что меня не пригласили?
Я неопределенно хмыкаю, приветствуя знакомое жжение водки, скользящей по горлу. Это кажется уместным в день, когда я взорвал свою тщательно упорядоченную жизнь.
— Нет, это было скорее... спонтанно.
Роман фыркает.
— И что теперь? Она будет жить с тобой в комплексе?
— Так обычно и бывает в браке.
— Когда он добровольный, конечно. — Он поправляет позу. — Полагаю, она не была совсем добровольной невестой. А теперь ты привозишь ее и ребенка, чтобы они жили с нами всеми. Ты понимаешь, в какую опасность ты всех ставишь?
Комплекс — это не только мой дом; это место, где мы все живем, где спит его беременная жена, где бегают трое детей Максима. Хоуп — неизвестная переменная, дочь нашего врага, у которой есть все основания нас ненавидеть.
Возможно, я не учел всех последствий, когда надел ей на палец кольцо. То самое кольцо, которое, как я заметил, она сорвала. Я планирую исправить это в ближайшее время.
— Я прослежу, чтобы она оставалась на моей территории, и буду пристально за ней следить, — клянусь я, встречая его взгляд. — Но в обмен я хочу, чтобы ты пообещал оставить ее в покое. Никаких допросов.
Роман сжимает губы, но он знает, как обстоят дела. Кодекс братвы делает жен и детей неприкосновенными. Даже если они дочери врага.
Роман смеется, и его резкий, безрадостный смех действует мне на нервы.
— Почему ты так уверен, что она не представляет для нас угрозы?
— Инстинкт. Она боится Саймона. Я видел это у алтаря, когда она стояла напротив него. Такой страх невозможно сымитировать. — Страх, который я не видел, когда заставил ее встать перед священником. Тогда она без труда продемонстрировала свою страсть. Этого было достаточно, чтобы я понял все, что мне нужно. — Саймон был готов вышибить ей мозги, потому что она не хотела сбежать с ним. Он собирался заставить ее бросить своего ребенка. Не совсем любовные отношения.
Роман пожимает плечами.
— Это ничего не доказывает. Она могла что-то знать, могла быть вовлечена в его планы. Ты не знаешь, кому она верна, но точно не тебе и не нам.
— Может быть, но я докажу тебе и Максиму, что она не верна и Саймону.
Максим и Кира будут в пути еще неделю. У меня будет время найти доказательства, что она не причастна к воссозданию Черной компании и похищению Софии.
Роман молчит, глядя в окно самолета на темноту. Я знаю, что ставлю его в неприятное положение, прося довериться мне, основываясь только на интуиции. Но я все исправлю.