Хоуп отстраняется от меня, вытирая глаза и тихо смеясь.
— Нам пора, — говорит она.
— Обещай мне, что ты пойдешь с открытым сердцем, по крайней мере, по отношению к женщинам. Они не имеют к этому никакого отношения. И для Кина тоже. Я знаю, ему понравится быть с другими детьми.
Она на мгновение прижимается ко мне, позволяя мне поддержать ее вес.
— Я постараюсь. Ради тебя я постараюсь.
39
Хоуп
Мой желудок сжимается в узел, когда мы подходим к огромному дому в центре комплекса. Он еще более впечатляющий, чем дом Павла: особняк в средиземноморском стиле с терракотовой черепицей, кремовыми штукатурными стенами и вьющимися лианами, украшающими фасад. Не совсем та крепость зла, которую я себе представляла.
Прогулка по территории дает мне достаточно времени, чтобы погрузиться в свои мысли. Полчаса назад я была уверена, что не смогу сесть за стол с этими людьми. А сейчас я ношу кольцо Павла и пытаюсь осознать всю важность его слов.
Теперь всем ясно, кто ты для меня.
Моя семья. Ты и Кин принадлежите мне.
Я всегда буду выбирать тебя.
Клянусь, с каждым днем этот человек разрушает мою защиту, и я начинаю смотреть на все другими глазами. Черно-белый мир, в котором я жила раньше, растворился в оттенках серого.
— Слишком крепко, мама, — шепчет Кин, и я заставляю себя ослабить хватку на его руке.
— Прости, малыш, — бормочу я, гладя его волосы свободной рукой. Несмотря на заверения Павла, что сегодня все будет хорошо, у меня в животе бушуют нервы.
Павел кладет руку мне на поясницу, тепло его ладони проникает сквозь ткань платья.
— Дыши, — напоминает он мне.
— Все хорошо, — отвечаю я, бросая ему ободряющий взгляд.
Массивная входная дверь распахивается, прежде чем мы до нее доходим, открывая вид на миниатюрную блондинку с закрученными волосами и ослепительной улыбкой. Кира Белова, как я полагаю. Она одета в повседневную одежду — белые льняные брюки и струящийся синий топ — и больше похожа на инфлюенсерку, чем на жену грозного босса братвы.
— Наконец-то! — восклицает она, раскрывая объятия. — Я уже начала думать, что вы нас бросите.
— И не подумал бы об этом, — отвечает Павел, отвечая на ее объятие с удивительной теплотой.
Я моргаю, застигнутая врасплох ее восторженным приветствием. Она целует его в обе щеки, а затем обращает свои сверкающие голубые глаза на меня и Кина.
— А ты, наверное, Хоуп, — говорит она, беря мою свободную руку в свои. — Добро пожаловать в сумасшедший дом.
Я готовилась к холодному приему, даже подозрению, но ничего подобного не произошло.
— Спасибо, — говорю я. — Мне тоже приятно познакомиться.