— В любом случае, преступники сейчас уверены, что у них все получилось. Вот пусть так и думают, — сказал Панарин.

По дороге домой, Дана все же задала ему этот вопрос и получила ответ:

— Нефедов нам еще самим нужен. Он носитель важной информации. Если сдать его полиции, считай, все пропало: они и сами ничего не добьются и нам не дадут. Так что сейчас я отвезу вас домой, вы постараетесь отдохнуть от ночных приключений. А утром…

— Подождите, а во сколько вы заедете за мной вечером? — перебила она. — Нам же надо будет ехать к Захарычу…

— Нам? — Панарин приподнял одну бровь. — Не выдумывайте. Мне еще за вас переживать не хватало.

От такого заявления у Даны пропал дар речи: на кладбище ее тащить, значит, можно, а на встречу со старым магом нет?

Но магкар уже остановился возле ее дома в Соляном переулке. Дана вышла, буркнув прощальные слова, и поднялась к себе, полностью разочарованная в людях и в Панарине особенно.

Не успела она вставить в замочную скважину ключ, как ниже этажом скрипнула дверь. Дана поторопилась скорее скрыться в своей квартире, но предательский ключ не хотел проворачиваться.

— Дана!

Она резко обернулась и увидела Богдана. На его лице сияла улыбка, а позади него также радостно скалилась желтыми зубами Нина Гордеевна.

— А-а-а… — она честно потеряла дар речи от удивления. — Добрый день, господин Волынский, — все же нашлась она. — Нина Гордеевна, здравствуйте.

У нее в голове крутился десяток вопросов — зачем пришел Богдан, почему он стоит вместе с квартирной хозяйкой и, главное, почему она улыбается? Это было так на нее не похоже, что можно было заподозрить какие-то чары.

— А мы с Богданом Егоровичем вас поджидали, да чай пили, — елейным голоском пропела Нина Гордеевна, и Дана решила, что точно сошла с ума.

Богдан повернулся к женщине и прижал руку к сердцу.

— От всей души благодарю за гостеприимство, сударыня. Ваши баранки изумительны, а крыжовенное варенье выше всяких похвал.

Потом он быстро взлетел по ступеням и помог Дане справиться с непослушным замком.

Оказавшись за дверью, Дана шумно вдохнула, потому что все это время дышала через раз.

— Как вам удалось усмирить этого дракона, Богдан?

— О! Это мой конек, мое призвание. Все старушки от меня без ума.

Сказано было с такой неподдельной гордостью и с капелькой самоиронии, что Дана рассмеялась.

— Что привело вас ко мне? — она пригласила Богдана в комнату, запоздало вспомнив про лист со схемой расследования на стене.

— Принес вам замок для двукола, — он вытащил небольшой сверток. — Смотрите.

Дана увидела не слишком толстую цепочку с замочком.