— Не верь ей, Оксана, — слегка уставшим голосом проговорил я. — Они всё это тщательно спланировали. Если ты простишь Комовского, тогда я вытащу тебя отсюда. Всё ещё можно изменить.
Оксана выпрямилась во весь рост. Дворфы, орки и кицунэ уставились на неё во все глаза. Они как будто забыли о том, что надо бить, убивать и резать. На ладони Бабы-Яги заплясал алый огонёк, словно язычок китайской зажигалки. Вот только никакой зажигалки в скрюченных пальцах не было и в помине.
Зазовка произнесла дрожащим голосом:
— Я… Я не хочу больше убивать. Моих подруг не вернуть, а жизнь существ на этой земле… Я вижу, что за ведьмака бьются не только люди. Он дерется не только за себя, но и за всех других. За весь мир. Я… Я не смогу… Я… Я прощаю Комовского. Прощаю за всё то, что он совершил…
— Не смей! — завизжала Баба-Яга. — Не смей говорить таких слов! Идиотка, ты же рушишь весь наш план!
— Она уже нарушила, — улыбнулся я в ответ. — Зазовка простила! Чистое сердце избавилось от проклятий, которые ты навесила на неё, старая стерлядь! Ведь это с твоей помощью две девичьих жизни были пущены на черные заклинания. А своим прощением она их сбросила! Йух-хуу! Наша взяла! Оксана, попробуй теперь принять чью-нибудь личину?
— Дурында, ещё не всё потеряно! — завопила Баба-Яга. — Убей мальчишку! Ударь его когтями в шею! Отомсти за своих сестер!
— Они бы не хотели такого… — пробормотала Оксана.
Кожа на костяшках кулаков побелела, а потом… Потом она робко улыбнулась:
— У меня не получается перекинуться…
— Тварь! — взвыла колдунья. — На тебя столько времени потрачено, а ты…
— Ой, да ладно, чо-ты, — хмыкнул я в ответ. — Всё так и должно быть!
— Как у Бабы у Яги, костяные две ноги. Одной ей было мало — вторую обглодала! — донеслось сверху.
Надо было видеть, как покраснела рожица старухи в наряде императрицы. Она злобно зыркнула на хохотнувших было орков:
— Хрена ли вы лыбитесь, жабьи рожи? Вызывайте подмогу! Если не получается совершить Судную Ночь, то пусть отсюда никто не выйдет живым!!! Пусть они все сдохнут!!!
Один из орков тут же выхватил из кармана свисток. Резкий переливчатый свист ударил по ушам и даже заставил немного пригнуться. Этим и воспользовалась Баба-Яга. Она резко выбросила сухую руку, а с её ладони ко мне метнулся алый огонёк.
— Ведьмак, берегись! — выкрикнула Оксана, прыгая вперед.
Дальше всё было как в кино: замедленная съемка, полет непонятного огонька, соприкосновение этого летающего чуда с левой грудью Оксаны и падение девушки на камни.
Впрочем, на камни она упасть всё-таки не успела. Я рефлекторно выставил вперед руки и поймал её. Девичье тело мне почему-то показалось легче лебединого пуха. Оксана взглянула на меня и прошептала: