Картина была, мягко говоря, хреновая.

— Вот он, Король Пыли, — Вэнс указал на центр заражения. — Твой блестящий выход стал ключом зажигания для этой армады мертвецов.

Мири в моем интерфейсе начала лихорадочно обрабатывать данные, выводя графики, которые стремились к нулю быстрее, чем мой банковский счет после покупки новой пушки.

— Роджер, он не врет. Гравитационные возмущения в районе Цитадели растут по экспоненте. Если мы ничего не сделаем, через семь дней этот сектор превратится в один большой цифровой шум.

Я посмотрел на Киру и увидел, что она изменилась. Ее наивность, та маска «блондинки в беде», которую она часто носила с момента пробуждения, начала осыпаться, обнажая нечто древнее и властное. Она сделала шаг вперед, и ее серебристые нейронные пути под кожей вспыхнули ярким, холодным светом, реагируя на голограмму.

— Это не просто вирус, — ее голос стал низким и вибрирующим. — Это мой отец. И он требует свою жатву.

В каюте повисла такая тишина, что было слышно, как гудит охладительная система в углу, где стоял старый компьютерный корпус с прозрачной стенкой.

— Ого, семейные драмы галактического масштаба, — я попытался пошутить, но шутка вышла какой-то пресной и безвкусной, как синтетическая каша в академии.

Вэнс не сводил с Киры глаз, и в его взгляде смешались научный трепет и понимание того, что перед ним сидит живое оружие.

— Вы должны знать правду, — Кира обернулась к нам, и я увидел в ее зрачках отражение звездных систем, которые мы только что обрекли на гибель. — Существует система «Эгида». Это то единственное, что может загнать его обратно в подвал истории. Но чтобы ее активировать, мне нужно вспомнить все.

Я нервно хихикнул, а она положила руку на проектор, и фиолетовые пятна на карте на мгновение отступили, подчиняясь ее воле.

— Значит, у нас есть план? — спросил я, чувствуя, как внутри снова разгорается азарт, который всегда помогал мне выживать.

— У нас есть безумная надежда и корабль, который держится на синей изоленте, — Вэнс широко улыбнулся и хлопнул меня по плечу. — Самое время стать легендой, Роджер!

— Или самыми дорогими обломками в истории человечества, — добавила Мири.

Кира посмотрела на Вэнса, и этот взгляд был настолько тяжелым, что, казалось, мог прогнуть палубу нашего рейдера.

— Ты прав, старый капитан. Король Пыли, это не просто легенда для устрашения молодых пилотов. Это системная ошибка, обретшая плоть и металл, — голос Киры прозвучал так, будто в ее связки встроили профессиональный вокодер.

— Святые макаронины! — выдавил я, глядя на то, как по моей ноге растекается питательная жижа. — Кира, ты только что подтвердила слова человека, который держит в ангаре статую Шепарда. Ты понимаешь, что это звучит как завязка самого паршивого квеста в истории галактики?