— Ну а дальше они намудрили с ним, -буркнул Вадим. — Я помню новости. Подогнали вирус к человеку.
— Именно. — Артур кивнул. — Вирус сам по себе не мог проникать в клетки млекопитающих и никогда бы не смог в естественных условиях. Его рецепторы были заточены под совсем другие организмы. Китайцы вмешались в белковые ключи, изменили поверхности, чтобы они совпадали с человеческими мембранными белками. По сути, они сломали биологический замок, чтобы чужой ключ подошел.
— Ага, и теперь у нас на улицах цирк с конями, — Вадим сплюнул. — Мутировавшими обезьянами и прочей говорящей живностью.
— Только проблема в том, -продолжил Исаев, будто не услышав. — Что Хронофаг остался самим собой. Даже если он получил возможность жить в нас, его внутренняя логика — не земная. В его геноме есть участки, которые вообще не кодируются привычным образом. В нем встречаются нетипичные аминокислоты, те, которых в нашей биосфере попросту нет.
Он помолчал и добавил:
— Мы сравнивали последовательности. Ни один известный вирус не содержит таких «„чужих“» включений. Это не похоже на мутацию. Это как если бы в твою родную речь вставили слова с чужой планеты.
Вадим фыркнул:
— Красиво говоришь. А по-простому?
— По-простому повторю: Хронофаг — не вирус в привычном смысле. Это альтернативная ветвь биохимии, замкнувшаяся в изоляции. А китайцы, думая, что справятся, просто взяли и открыли клетку с тигром. Вечной жизни захотели, полудурки.
Они свернули к пролому в стене, воздух был затхлый, пах плесенью. Вадим задумчиво сказал:
— Этот триппер был безопасен, пока сидел в своей дыре?
— Безопасен — громко сказано, -поправил Исаев. — Он был «„не наш“„. Не мог пересекаться с нами никак. Но теперь, когда его подогнали под человека, он получил доступ к совершенно новому “„материалу“» и начал штамповать то, что мы в самом кошмарном сне представить не могли.
— И, судя по всему, неплохо справляется, -проворчал Вадим. Артур вздохнул.
— И еще как. В его белках мы нашли структуры, которые стабильны при температуре, от которых обычные белки давно разрушаются. Они не подчиняются классическим законам сворачивания. Получается, китайцы выпустили не просто вирус, а биологическую машину, созданную самой природой в совершенно иных условиях.
Вадим посмотрел на него прищурившись:
— Машина, говоришь? Так он больше «„живой“» или «„неживой“»?
— Он живой. Но… по-своему. Его устройство слишком рационально. Слишком отлажено. Иногда кажется, что его собирали специально.
Вадим хмыкнул:
— Ну да, собрали. Лаборанты на подводной станции, чтоб их там том свете посильнее жарили…