Военные утрачивают контроль над ситуацией в Питере, выжившее население массово бежит из города. Загвоздка в том, что безопасных мест почти не осталось. Там, где не шныряют зараженные, хозяйничают вооруженные банды, представители криминального мира вообще в этой ситуации почувствовали себя чуть ли не хозяевами.

Вадим не питал иллюзий, всех, кого он знал скорее всего мертвы или превратились в марионеток инфекции. Иначе добрались бы сюда, впрочем, надежда умирает последней…

Утром двадцать седьмого числа на крыльце дома объявился странный гость. Зараженная инфекцией ворона, чьи размеры раза в два превышали нормы. Голова и тело были лишены перьев, а те, что остались на крыльях постепенно замещались кожаными перепонками, как у летучих мышей. Кожа покрыта голубыми слегка фосфоресцирующими прожилками. Красные глаза птицы-мутанта сфокусировались на хозяине участка.

— Вот сука.

Он, недолго думая, потянулся за вилами возле двери. Через две секунды проткнутая железными зубьями тварь беспомощно трепыхалась, верещала, издавая непривычный клекот.

Вадим добил мутанта топором, отделил голову от тела. Затем одел резиновые перчатки, отнес тушку за полкилометра подальше в сосновый лес и сжег. По телевидению рекомендовали избавляться от переносчиков заразы путем кремации. Хронофаг крайне заразен, любое попадание инфицированной крови, слюны, на слизистые, не говоря о воздушно-капельном распространении, грозит непоправимыми последствиями. Вадиму оставалось надеяться, что все обойдется. Однако сам факт появления мутанта ни о чем хорошем не говорит.

Вслед за птицами приходят твари намного опаснее. Мутировавшие люди, собаки или прыгуны, являющиеся порождениями ульев.

В начале эпидемии никто и представить не мог, что инфекция способна порождать абсолютно новые виды, формировать не похожие ни на что экосистемы. Отсиживаться на дедовской даче в долгосрочной перспективе гиблое дело, нужно уходить на север.

Мурманск с базой Северного флота вроде неплохо держится. С наступлением холодов прыти у зараженных тварей резко поубавится, они попрячутся в логовах, собьются в кучи, лишь бы сохранить тепло. Даже плюс пять-семь ночью вирусным уродцам доставляет дискомфорт, грядущую зиму люди ждали с надеждой.

Если уж зараженные не передохнут от голода и жажды, то холод многих наверняка доконает.

Как оказалось, в отсутствие мяса зомби переключаются на менее питательную органику, пожирая траву, листья, ягоды, насекомых, любой доступный мусор. Разум оставил инфицированных, но тяга к выживанию никуда не делась. Хронофаг — необычный вирус, он стремится сохранить жизнь носителя, улучшить его характеристики и даже придать новые свойства.