Я вместе с девятью своими рыцарями выехал на дорогу. Направился к трем, стоявшим на дороге врагам. Оружие мы не доставали. «Кольчужники» очень трепетно относятся к своим жизням, зря ими не рискуют. Увидев рыцарей, они, догадываюсь, облегчено вздохнули и сразу сдались в плен.
— Кто старший? — спросил я, глядя на того, которого принял за командира.
Это был мужчина лет двадцати семи с густой темно-русой бородой, которую на левой щеке наискось разделял красный шрам шириной не меньше сантиметра и длиной три-четыре. Шлем у него был маленький, без наушников и нащечников, зато кольчуга длинная и с рукавицами, а на ногах шоссы. Каплевидный щит был недавно перекрашен. Не знаю, какой был раньше фон и какой нанесли сверху, но получился серо-буро-малиновый. От умбона расходились перекладины креста, которые, как догадываюсь, должны были быть золотыми, но получились цвета детской неожиданности.
— Я старший, — ответил он и представился: — Рыцарь Марк. — Поглядев на мой сюрко, спросил: — А ты Византиец?
— Угадал, — ответил я с усмешкой.
— Граф Вильгельм так и сказал утром, что без тебя там не обошлось, — попытался польстить мне рыцарь Марк.
— Граф Кентский — умный человек, — согласился я. — Сколько он за вас заплатит?
— Не знаю, — ответил Марк. — Фунтов тридцать за троих.
— А пятьдесят? — спросил я.
— Это вряд ли, — уверенно ответил рыцарь.
Что ж, тогда попробуем получить с короля Стефана.
— Тибо, возьми Жана и Ллейшона и скачи к королю, — приказал я. — Скажешь, что у меня в плену три рыцаря, и я готов обменять каждого на щитовые деньги за королевские лены за год. Итого получится три года.
Тибо Кривой в сопровождении двух оруженосцев поскакал выполнять мой приказ, а мы остались наблюдать, как мои лучники шмонают жмуриков и добивают раненных. Человек двадцать оказались живыми. Их разоружили и раздели до штанов и рубах и заставили перетаскивать трупы в ложбину неподалеку от дороги. У меня странная любовь наводить чистоту и порядок на поле боя. У трех рыцарей тоже забрали оружие и доспехи. Они стояли рядом с нами и без эмоций смотрели на бывших своих подчиненных, живых и мертвых. Такова война: кто-то побеждает и забирает добычу, кому-то уже ничего не надо, а кому-то придется начинать сначала.
— Граф, тебе не нужны рыцари? — спросил Марк.
— Я всего лишь барон, — ответил ему, — и предпочитаю нанимать только тех, кого знаю хорошо, или тех, кого порекомендуют мне люди, которым я верю.
— Все правильно, — сказал он, — но если вдруг…
— Всякое может быть, — согласился я. — Где тебя найти?
— Даже и не знаю, где и когда буду, — ответил он. — Кинешь клич, что нужны рыцари, и мы сами тебя найдем. Говорят, удача поцеловала тебя в темечко.