Я впервые слышал такое выражение. Не знаю точно, что значит поцелуй удачи именно в темечко, но, скорее всего, что-то связанное с умом, сообразительностью, а может, хитростью. Ведь монахи, у которых выбрито темя, числятся здесь жуткими пройдохами.
Со стороны Линкольна появился отряд из десяти всадников. Наверное, разведка. Они остановились, увидев моих людей, а потом заметили меня. Во главе отряда скакал Вильгельм де Румар, граф Линкольнский. Он был в купленной у меня кольчуге с крестом на груди и на купленном у меня арабском жеребце. Конь этот не предназначен для боя. Зато удирать на нем хорошо. Вряд ли кто догонит.
— Опять ты опередил меня! — шутливо обиделся граф Линкольнский. — Я собирался ударить в хвост королю Стефану, а хвоста-то и нет больше!
— Еще туловище осталось, — подначил я.
— На туловище у меня силенок маловато, — честно признался Вильгельм де Румар. — Далеко они ушли?
— Вроде бы далеко, — ответил я. — Послал разведку, скоро узнаем.
— Опять мы ему надрали задницу! — не удержавшись, радостно похвастался граф Линкольнский. Он заметил баллисты и спросил: — Ты кому сейчас служил — мне или Ранульфу?
От моего ответа зависело, кто получит треть трофеев.
— Мне без разницы, — ответил я.
— Если мне, то можешь считать, что отслужил всё, — предложил граф Вильгельм.
— Согласен, — без колебаний сказал я.
— Мне как раз нужна большая баллиста, — признался он. — Давно хотел поставить на замковой башне, чтобы боялись ко мне близко подойти.
А я давно хотел поставить на каждую башню по небольшой баллисте. Ладно, ограничимся двумя башнями, которые на берегу реки Беркет.
— И оружие не помешает, — продолжил граф. — Вы в лагере лондонцев много взяли?
— Не очень, — ответил я. — Мы же в темноте работали, много чего упустили.
— Мои там собрали неплохо, — признался Вильгельм де Румар. — Ладно, будет считать, что за лагерь лондонцев мы квиты. Отдашь треть из захваченного здесь.
Он посмотрел и на трех пленных рыцарей. С них доля сеньору не полагалась, все шло захватившему. Если бы были знатные, мог бы выкупить или обменять. Но эти явно не были достойны графского внимания.
Тибо вернулся с согласием короля Стефана на обмен. Кто бы сомневался?! Короли жутко не любят раздавать наличные, зато легко расстаются с будущими налогами, пошлинами и прочей собственностью, в данный момент виртуальной. Сопроводить пленных к королю я послал десяток сержантов.
Оруженосцам Жану и Ллейшону сказал:
— Вы хорошо проявили себя сегодня. Станьте на левое колено. — Я достал саблю из ножен, ударил клинком плашмя по плечу сперва Жана, потом Ллейшона, произнося долгожданную для них фразу: — Встань, рыцарь!