Ближе к десяти вечера, когда гости начали расходиться, а Марина и Андрей уехали готовиться к завтрашней церемонии, Дэн вдруг сказал:

— Ну что, флорист. Кажется, у нас остался незакрытый гештальт.

— Какой именно? — Арина устала настолько, что готова была упасть лицом в ближайшую тарелку с остатками десерта.

— Виски, — напомнил он — И разговор. Мой долг. Помните?

Арина помнила.

Через пятнадцать минут они сидели в пустом баре «Хмель Солод». Дэн запер дверь, включил приглушенный свет и достал ту самую бутылку. Японский виски, выдержанный, редкий. Подарок сестры, который он честно заработал.

Он разлил виски по двум стаканам. Тяжелым, хрустальным. Без льда. Без колы. Без всего лишнего.

— За самую талантливую флористку этого города, — сказал он, поднимая стакан.

— За самого терпеливого кофейного наставника, — ответила Арина.

Они чокнулись. Виски обжег горло и растекся теплом по всему телу. Арина закрыла глаза. Кажется, впервые за весь день она наконец выдохнула.

— Знаете, — сказал Дэн, глядя в свой стакан, — Я соврал.

— О чем?

— Когда я пришел к вам в первый раз. За лилией. Я сказал, что это для сестры, которая помешана на ботанике. Это правда. Но была еще одна причина.

Арина напряглась.

— Я видел вас раньше. За месяц до этого. Я заходил в ваш магазин купить цветы для мамы на день рождения. Вы тогда собирали какой-то невероятный букет с эвкалиптом и говорили покупателю: «Этот букет ваше обещание начать с чистого листа». И я подумал, что вот человек, который понимает. Не просто продает цветы, а понимает их. Понимает людей. Понимает, что сказать, когда слов не хватает.

Он поднял глаза и посмотрел на нее. Прямо. Открыто.

— И я придумал эту лилию. Ну, не совсем придумал. Она действительно была нужна Марине. Но я мог заказать ее, где угодно. А пришел к вам. Потому что хотел познакомиться.

Арина молчала. В голове стучало: «Он пришел не за лилией. Он пришел за тобой».

— Почему вы сразу не сказали? — тихо спросила она.

— Потому что боялся, что вы пошлете меня. С вашим-то отношением к мужчинам.

— Кто вам сказал про мое отношение к мужчинам?

— Вы, — усмехнулся Дэн — В первый же день. Когда назвали мой кофе «жидким сексом в чашке». Я подумал, что если женщина так говорит о кофе, значит, с мужчинами у нее явно был неудачный опыт. И решил действовать осторожно.

Арина рассмеялась. Она смеялась и не могла остановиться, а Дэн смотрел на нее и улыбался, и в его глазах цвета крепкого чая плясали те самые черти.

— Вы невыносимы, — отсмеявшись, сказала она.

— Я знаю, — согласился он — Но я варю отличный кофе.