— Я просто стоял рядом, — пожал он плечами — Ты сама его уделала. Георгины достоинство. Базилик ненависть. Это было прекрасно.
— Ты держал меня за руку.
— Это было необходимо. Для убедительности.
— И для чего-то еще?
— И для чего-то еще, — согласился он и поцеловал ее в висок.
Вечером, когда гости разошлись, а магазин опустел, Арина, Дэн и Элеонора сидели в кофейном уголке. Дэн сварил по чашке капучино каждому, и на каждой пенке красовалось по сердечку. Даже у Элеоноры.
— Ну что ж, — сказала Элеонора, отпивая кофе — Первый день прошел успешно. Продажи выше плановых на двадцать процентов. Георгины разошлись полностью. Монстера выжила. Бывший повержен. Я называю это продуктивным днем.
— Я называю это чудом, — сказала Арина — Спасибо вам. Обеим. То есть... обоим. Вам и тебе — она запуталась в местоимениях и рассмеялась.
— Не за что, — Элеонора поставила чашку на блюдце — Я не делаю одолжений. Я делаю инвестиции. Но должна признать: эта инвестиция оказалась приятной.
— Мама, это почти что «я тебя люблю», — заметил Дэн.
— Я знаю, — сказала Элеонора — Не привыкай.
Арина посмотрела на них. На Дэна, который улыбался, глядя на мать. На Элеонору, которая делала вид, что не улыбается, хотя уголки ее губ предательски подрагивали. На свой новый магазин. На монстеру в углу, которая наконец перестала «плакать». И Арина подумала, что это, наверное, и есть счастье.
Не гром. Не молния. А тишина. И сердечко на кофе.
Глава 12. Руки, которые помнят
Август перевалил за середину, и город накрыла вторая волна жары. Та, что хуже первой, потому что к духоте добавляется усталость. Кондиционер в «Бутон энд Блум» работал на пределе, но все равно не справлялся. Цветы в холодильнике держались стойко, а вот Арина нет.
Она стояла за прилавком и обмахивалась буклетом поставщика, когда в магазин вошел Дэн. Он был без фартука (значит, не на смене) в легкой льняной рубашке с закатанными до локтей рукавами и в старых джинсах. Его волосы, обычно собранные в пучок, сегодня были распущены.
— Принес обед, — объявил он, поднимая бумажный пакет — И себя. Что будешь сначала?
— Тебя, — честно ответила Арина и тут же покраснела.
— Отличный выбор.
Он прошел за прилавок, поставил пакет на стол и, не спрашивая разрешения, обнял ее со спины. Его руки легли ей на талию, горячие, даже через тонкую ткань ее летнего платья. Она чувствовала тепло его ладоней животом, поясницей, всей кожей. От него пахло цитрусом, кофе и немного потом, но этот запах был скорее приятным, чем отталкивающим. Запах живого человека в жаркий день. Запах мужчины, который пришел к ней, а не куда-то еще.