— Уезжаешь? Куда?

— В Индонезию. На три месяца. Там открывается новая оранжерея редких орхидей, меня пригласили консультантом. Но есть проблема.

— Какая?

Гриша вздохнул и водрузил на барную стойку сверток в мешковине. Осторожно, будто внутри была бомба, развернул ткань. Под ней оказался террариум. А в террариуме...

— Это что, растение? — Дэн прищурился — Или инопланетянин?

— Это ризантелла Гарднера, — благоговейно произнес Гриша — Подземная орхидея. Она цветет под землей. Ее почти невозможно вырастить в неволе. В мире всего пять человек, у которых это получилось. Я шестой.

Арина встала и подошла ближе. В террариуме, в специальном субстрате, похожем на влажную труху, действительно росло нечто невероятное. Маленькие, почти прозрачные цветки, похожие на крошечные фонарики, пробивались сквозь слой мха. Они были бледно-розовыми, без листьев, без стеблей. Только цветки, тянущиеся к свету из-под земли.

— Это чудо, — прошептала Арина — Я читала о ней. Она паразитирует на грибах. Питается через микоризу. Ее считали вымершей до девяностых годов.

— Не вымершей, — поправил Гриша — А просто очень скрытной. Как и я. В общем, эта ризантелла мой главный проект. Я везу ее в Индонезию, чтобы скрестить с местным видом. Но есть еще кое-что.

Он вытащил из кармана блокнот и раскрыл его на середине. Там были корявым почерком записаны адреса и имена.

— Это мои растения, — сказал Гриша — Те, что остаются здесь. Я не могу взять их с собой. Таможня не пропустит, да и дорога тяжелая. Мне нужен человек, который присмотрит за ними, пока я в отъезде. Полив, подкормка, проветривание. Это не просто фикусы, Арина. Там папоротник «Птичье гнездо» из Шри-Ланки. Там алоказия «Драконья чешуя». Там монстера вариегатная, за которую мне предлагали пять тысяч евро. Я не могу доверить их кому попало.

— И ты хочешь, чтобы я...

— Ты единственная, — Гриша посмотрел на нее умоляюще — Ты понимаешь растения. Ты говоришь с ними. И ты смешная. Я доверяю только смешным людям. Серьезные люди убивают растения.

Арина посмотрела на список. Двадцать три растения. И все редкие, капризные, требующие особого ухода. Это была не просьба. Это была ответственность размером с ботанический сад.

— Гриша, — начала она — У меня скоро открытие нового магазина. Я не уверена, что справлюсь...

— Я буду платить, — перебил Гриша — Не деньгами. Растениями. Когда вернусь, отдам тебе три любых на выбор. Любых! Хочешь папоротник. Хочешь алоказию. Хочешь вариегатную монстеру, ту самую, за пять тысяч.

Арина замерла. Монстера вариегатная. Редчайшая. В ее новом магазине она стала бы жемчужиной коллекции. Символом. Легендой.