Спустя километров десять «Урал» вдруг зачихал, задёргался и завёлся.

— Кур-р-рва мать! — совсем не по-якутски выругался Габышев. — У-у-у-у, железный засранец! Может, и успею овечкам корма задать!

Проблема была в том, что трактористу было наплевать на состояние «Урала». Он пёр себе и пёр на крейсерской скорости, кажется, даже не оборачиваясь. А мы болтались за ним, как собачонка на поводке и пытались орать осипшими голосами и размахивать руками — но у Габышева семафорить получалось хреново из-за одеяла, а у меня — из-за неудобного положения в коляске.

Остановился тракторист, когда ему приспичило по нужде — примерно через час.

— Ты пабач яка трясца! — сказал он. — А я что-то и запамятовал, хлопцы… Думаю — дзе моё одеяло? Неяк нядобра вышло… Хоть не проехали-то? Вы вообще куда едете?

Мы беспомощно уставились друг на друга: добросердечный тракторист, оказывается, просто забыл о нашем существовании!

— В Комаровичи! — сказал Габышев совершенно севшим голосом. — Большое вам спасибо за одеяло!

— Да оно не за что, хлопцы! — растерянно переминался с ноги на ногу тракторист.

Его можно понять: вроде и помог, а вроде и шляпа какая-то получилась. Неловко попрощавшись с добросердечным и забывчивым мужиком, мы взгромоздились на мотоцикл. Габышев напялил на себя сырой реглан, нахлобучил шлем на голову, заставил меня сделать то же самое и сказал:

— Ко мне всё-таки заедем. Я тебе хоть штаны сухие дам, а то как ты в свою Талицу попрёшься-то?

Пережитые вместе тяготы и невзгоды — они сближают. Это совершенно точно известно.

— Я ещё носки у тебя куплю. Из овечьей шерсти, — кивнул я. — Я и штаны купить могу, если что…

— Купи мне теперь лучше новую поясницу, если ты такой платёжеспособный! — мрачно усмехнулся Габышев и завёл мотоцикл.

Тракторист посигналил нам вслед.

* * *

Добрались мы к жилью мотоциклиста-овцевода часам к пяти вечера. Овечки мекали и бекали со страшной силой, и было их в загоне великое множество! Так что, не снимая реглана, якутско-полесский кооператор кинулся задавать им корма, сказав только:

— Ключ за косяком сверху, чайник поставь! — и тут же взялся размахивать вилами.

Почему он не выпустил овец на выпас — сие было для меня великой тайной. И почему его товарищи из кооператива плечо не подставили? Что это за кооператив такой?

Уже потом, напившись чаю и получив в своё пользование прочные серые штаны на лямках, я не выдержал и предложил:

— Давай я про тебя и про твоих овечек статью напишу, а? Ну, в рамках общего курса на Модернизацию! Заеду на днях из Талицы. Не дальний свет всё-таки!