Она замерла. Длинный коридор из чёрного камня. Крыло, рвущееся на ветру. Чёрный дворец с высокими шпилями. Все те рисунки в её альбоме, что нашлись рядом с портретом Марка.

– Откуда вы знаете? – прошептала Мира.

Лев развёл руками, чуть виновато.

– Такие сны нередко приходят к людям в сильном стрессе. Психика ищет порядок и строит символы. Они кажутся значимыми, но обычно это просто отражение внутреннего смятения. Судя по вашему лицу, я угадал. Простите меня. Не хотел лезть, куда не приглашали.

Объяснение Шаховского звучало ужасно логично. Но что-то в том,как оно было произнесено, показалось Мире слишком отрепетированным. Это была продуманная заготовка, а не импровизация на ходу. Какие же тренинги смотрит этот мужчина, что настолько тщательно готовится к встрече с женщиной? Мира отогнала эту нелепую мысль, кажется, за последние недели она уже подозревала решительно всех, включая собственное отражение в зеркале.

Они посидели ещё немного в тишине, а потом Лев взглянув на часы, ещё раз предложил вернуться в город, пока не стемнело. Да, и как считалось на кладбищах после заката живым делать нечего. Не надо тревожить чужой покой.

По пути к воротам Мира остановилась у маленькой неприметной могилы. Памятник привлёк её именно своей неприметностью, простой камень без украшений, без имени, без дат, а на нём только одна фраза.

– Взгляните, – она наклонилась ближе, разбирая полустёртые буквы.

Лев подошёл, и Мира, сощурившись, наконец прочла слова, вырезанные простым, без завитушек, шрифтом:

«Здесь никто не похоронен. Здесь только ждут».

Мира отступила от камня. Фраза, липла к коже, как паутина, от которой не отмахнуться рукой.

– Что это значит? – она обернулась ко Льву.

Но Шаховского рядом не было.

Мира растерянно огляделась. Секунду назад Лев стоял вплотную, разглядывая ту же надпись, что и она. А сейчас исчез среди заснеженных надгробий так же внезапно, как это уже случалось прежде с Марком.

Видимо, у мужчин в её жизни вошло в привычку испаряться в самый неподходящий момент. Где же он? Шаховской не производил впечатление человека, который решит так глупо пошутить над ней. Он давно не подросток, чтобы так развлекаться, к тому же он знает, что после имени на надгробии, её нервы расшатаны и ещё дальше путать этот клубочек нет никакого смысла.

– Лев – позвала она. В груди нарастала паника. – Где вы?

Тишина заброшенного кладбища ответила ей шелестом ветра в голых ветвях да далёким карканьем вороны на старом кресте.

Мира сделала несколько шагов туда, где, по её представлениям, начиналась тропинка к воротам, и уткнулась в участок, которого за всю прогулку не видела. Здесь высился ряд старых, почерневших крестов, вкопанных без всякого порядка.