– Нет, – произнести слово оказалось проще, чем качать головой.

– Ты в больнице вроде бы в себя пришла, и я тебя забрала. А как домой приехали, ты снова в сон, потом опять в себя приходишь, и вновь засыпаешь. И так уже несколько часов.

Мира не помнила ни больницу, ни дорогу домой. Память возвращалась не плавно, а рывками, как старый диафильм. Она была на улице, потом встроила его, он стоял, как и прежде в чёрном пальто, он подошёл. Он назвал себя Смертью, а её своей женой.

– Марк. – Мира приподнялась на локтях, не обращая внимания на новый приступ тошноты. — Где Марк? Он там был. Когда вырос чёрный дворец прямо по середине улицы, я упала, и он подхватил.

Соня напряглась так заметно, будто в комнату вошёл кто-то третий.

– Прохожий сказал скорой, что ты была одна, лежала там на тротуаре, – осторожно произнесла она. – Никакого мужчины рядом.

– Я помню всё, – Мира сглотнула, – а как выглядел прохожий? Может это Марк?

– Подруга. – Соня взяла её ладони в свои и посмотрела прямо в глаза, не мигая, как смотрят, когда собираются сказать что-то неприятное. – Мне кажется, тебе нужна профессиональная помощь. Не потому, что я считаю тебя сумасшедшей, а потому что стресс, недосып и плохое питание требуют специалиста. Я уже договорилась о срочной консультации с психологом на сегодня. Если ты согласна, конечно. Хорошая женщина, она была свидетелем на свадьбе Светловых-Алексеевых прошлым летом.

Вот и подруга, уже в прямую говорит, что она сошла с ума. И получается, что это действительно так. Она упала на улице, потому что, если на завтрак есть только пустой кофе, и долго держать организм на голодном пайке, он может отказать в самый неподходящий момент. Немудрено, что Смерть привиделась. Какие всё-таки яркие и сказочные галлюцинации у замерзающего сознания. Но откуда же тогда взялась эта абсолютная, физически ощутимая уверенность в реальности разговора с Марком?

– Хорошо, – произнесла наконец Мира. – Я пойду. Может, это правда поможет во всём разобраться.

***

Кабинет психолога оказался маленьким и подчёркнуто уютным. Приглушенный свет, мягкое кресло, цветущий сад на подоконнике. Зеленый цвет живых растений должен был создавать атмосферу спокойствия.

Ирина Витальевна, совсем юная девушка, встретила её с профессиональной, но искренней теплотой и предложила чай.

– Расскажите, что привело вас сюда, – сказала психолог, устроившись напротив с блокнотом, который открывать не спешила. Ирина давала время Мире собраться с мыслями и не подгоняла клиентку.

Мира, не знала, о чём она имеет право говорить с психологом, а о чём нет. Выложить всё как есть со всеми невозможными подробностями, казалось невероятно глупой затеей. Ведь тогда шанс укатить в сумасшедший дом прямо с приёма существенно возрастал. Может всё же лучше представить слегка отредактированную версию событий, которая не будет звучать как диагноз из медицинского справочника и устроит обе стороны?