Мы устраиваемся на диване и в креслах. Вера привычно садится рядом с Максимом. Настолько привычно, что замечаешь это только тогда, когда специально начинаешь смотреть. Его рука лежит на спинке дивана. Потом оказывается у неё на плече. Без жеста. Без движения. Просто оказывается там. Как будто всегда там была. Я отвожу взгляд. Почему-то именно такие вещи всегда кажутся самыми личными.

— Максим, — неожиданно говорит Павел.

— Да?

— Полки сам делал?

Максим смотрит на стену. Потом на полки. Будто впервые за вечер замечает их существование.

— Сам.

— Учился где-то?

— Нет. Это первый раз.

Павел кивает. Внимательно рассматривает крепления. Стыки. Дерево. Я почти вижу, как внутри него включается архитектор.

— Хорошая работа.

— Она говорила, где криво.

Максим кивает в сторону Веры.

— Три миллиметра, — немедленно уточняю я.

— Два с половиной, — возражает Вера.

— Ты округляешь в свою пользу.

— Потому что я добрая.

— Нет, потому что тебе нравится быть правой.

— Это тоже.

Все смеются. Даже Павел. Негромко. Но по-настоящему. На секунду мне вспоминается совсем другой Новый год. Много лет назад. Тогда он смеялся так же редко. Но если смеялся, то невозможно было не улыбнуться в ответ. Я резко возвращаю себя обратно. В комнату. В сегодняшний вечер. В сегодняшний год. В сегодняшний момент. Потому что прошлое сегодня и так слишком близко.

— Я не умею делать полки, — говорит Павел.

— Это поправимо, — отвечает Максим.

— Есть возраст, после которого поздно учиться?

Максим задумывается. По-настоящему. Как будто вопрос важнее, чем кажется. Потом качает головой.

— Нет.

— Совсем?

— Совсем.

Он делает глоток шампанского.

— Я начал работать с деревом после сорока.

— Почему?

— Потому что появились книги, которые некуда было ставить.

— Очень практичная причина.

— Лучшие причины всегда практичные.

Вера закатывает глаза. Максим делает вид, что не замечает.

— И ещё потому, что захотелось сделать что-то руками.

Он проводит пальцами по ножке бокала.

— Иногда полезно видеть результат, который нельзя открыть на экране.

Павел молча слушает. Так внимательно, что я опять замечаю это раньше, чем успеваю отвлечься.

— Иногда полезно понимать, что ты вообще умеешь делать, — заканчивает Максим.

Павел смотрит на него несколько секунд. Потом тихо говорит:

— Да.

Всего одно слово. Но в нём почему-то больше смысла, чем в длинном объяснении.

На экране появляются куранты. Беззвучные. Огромные. Знакомые до последней трещинки на циферблате.

— Сейчас, — говорит Вера.

Мы поднимаем бокалы. Кто-то на улице начинает считать раньше времени. Кто-то запускает фейерверк. Снег продолжает падать. Спокойно. Будто ему совершенно всё равно, какой сейчас год. Я считаю удары по движению стрелок.