Геологи заспорили, что игра только началась, но близнецы были непреклонны. Далее моё присутствие здесь не требовалось.

* * *

Я вышел из чайханы, свернул в переулок и наконец избавился от невидимости. Вроде бы ничего сложного — я ведь, по сути, ничего не делал, — но сил ушло изрядно.

«Веди туда, где можно найти извозчика, — сказал я Захребетнику. — Пешком я домой не пойду».

Захребетник ухмыльнулся.

«Тогда ночуй тут! Вон, ложись на землю под чинарой и устраивайся поудобнее. Какие извозчики в это время суток? Здесь тебе не Москва, возницы спят давно. Ну вот чего ты вздыхаешь? Мы, между прочим, большое дело сделали… Кстати! Коль уж всё равно гуляем, давай-ка навестим кое-кого».

«Ночью?»

«Без разницы. Ему в последние пятьсот лет всё равно, ночь или день. Идём!»

Если Захребетник что-то вбивал себе в голову, спорить с ним было бесполезно. Он перехватил управление, перешёл с прогулочного шага на бег, и через полчаса мы стояли у знакомого мавзолея.

«Ты серьёзно⁈» — изумился я.

«Ну а почему нет? Время подходящее, никто тут не толпится».

Захребетник убрал наложенную мной магическую защиту и вошёл в усыпальницу.

Присев на корточки перед чёрным нефритовым надгробием, он провёл по нему рукой. Я почувствовал, как закололо пальцы.

«Хоть „регента“ надень, — попросил я. — Интересно же, что там за заклятие такое».

Захребетник надел «регента».

«Ого! — охнул я, оценив плетение. — Я бы с таким не справился. Не уверен, что даже Цаплин сумел бы. Неужели ты думаешь, что археологам удалось бы открыть гробницу? Такое заклятие можно разрушить только вместе с усыпальницей. А скорее всего, ещё с тремя кварталами окрест. Не самоубийцы же они, чтобы так делать?»

Захребетник фыркнул.

«А кто тебе сказал, что археологи собирались что-то разрушать? Они не спеша, спокойно и методично подбирали ключ, снимающий заклятие. И как минимум дважды почти угадали — в те моменты, когда я почувствовал эманации… Я эту учёную братию знаю, настырнее их людей нет. Сто миллионов комбинаций переберут, годами здесь дневать и ночевать будут, но рано или поздно заклятие снимут».

«Вот оно что. А ты, значит, знаешь, как его снять?»

«Коне…» — начал было Захребетник. И вдруг замолчал.

«Что?» — спросил я.

«Да так, ничего. Тут на самом деле всё очень просто. Всего-то — одно слово назвать…»

«Так называй! Чего ты ждёшь?»

«Н-ну…» — Захребетник казался непривычно сконфуженным.

«Ты что, забыл?» — осенило меня.

«Нет! Не забыл. Просто немного запамятовал».

«А это не одно и то же?»

«Да отстань, говорю! Не мешай».

— Овёс, — вдруг громко, вслух сказал Захребетник. — Тмин! Ячмень!