— Доброе утро, Миша. По поводу Самарканда.

Корш развернулся в кресле, глядя на утыканную флажками карту на стене.

«Так-так-так, — потёр руки Захребетник. — Что-то намечается! Да и то сказать — неделя прошла, пора бы».

— А точнее, тамошнего представительства Коллегии, — продолжил Корш. — Как ты знаешь, губернские представительства подчиняются не нам, а афишировать свой интерес к делу нефрита я не хочу. Посему действовать пришлось осторожно. В итоге всё, что мне удалось раздобыть, — общая информация. Руководит представительством некто Лебедев. Давно, уже больше двадцати лет. Он сменил на посту предыдущего руководителя в связи с его выходом в отставку. Отставка была по возрасту, а сейчас Лебедев уже сам почти достиг этого возраста. Характеризуется со всех сторон положительно, нареканий не имеет.

— Звучит вроде бы неплохо, — осторожно заметил я.

— Вроде бы, — кивнул Корш. — Но видишь ли, в чём дело: небезызвестного тебе Сильвестра Аполлоновича Мухина Госуправление характеризовало точно так же и ровно теми же словами. Не дойди до меня год назад некоторые сведения относительно происходящего в Туле, не внедри я в это болото тебя — уверен, что Мухин уже получил бы следующий чин. Ему по выслуге лет как раз срок подходил.

— И вы опасаетесь, что Лебедев такой же, как Мухин?

Корш развёл руками.

— Хотелось бы верить, что нет. Но от Тулы до Москвы сотня вёрст, а до Самарканда поезд идёт неделю. Как говорится, до бога высоко, до царя далеко. По бумагам всё гладко — ну так по ним и в Туле всё было гладко, в Госуправлении на Мухина нарадоваться не могли. И что там в Самарканде происходит на самом деле, предполагать не берусь. Вывод? — Корш посмотрел на меня.

— Вы поедете туда лично?

Корш покачал головой.

— Увы. И рад бы был, но здесь, в управлении, мне пока дневать и ночевать приходится. Отлучиться никак не могу. Так что в Самарканд поедешь ты. С текущими делами отдела Соболев, полагаю, справится. Людей у тебя теперь прибавилось, парнишка этот, насколько я понимаю, прижился… Как бишь его фамилия?

— Чернов, — напомнил я. — Хороший парень, проворный. И учится с большим удовольствием.

— Это хорошо, — кивнул Корш. — А если вдруг что, на подхвате Колобков, Ловчинский, да и я Соболеву всегда помогу. А в Самарканде нужен зоркий глаз. Так что собирайся в командировку.

— Есть, — вытянулся я.

Корш махнул рукой — мол, не вставай, — и продолжил:

— Только вот что. Как уже сказал, афишировать свой интерес относительно нефрита я не хочу. Поэтому поедешь ты туда… Ну, скажем, для проведения испытаний новейших боевых заклятий. Возьмёшь с собой Распашных. Ребята они бравые, а пустыня — отличный полигон. По бумагам всё оформим как должно, Лебедеву озвучишь эту задачу. А сам… Ну, не мне тебя учить добывать информацию. Меня интересует всё, что связано с нефритом. Видишь ли, — Корш снова посмотрел на карту. — В Средней Азии у России свои интересы. А край это непростой, в иное время я бы сказал «взрывоопасный». Жаркое солнце, горячие люди. Сейчас мы с ними живём мирно. Строим школы, больницы, традиционный уклад стараемся не задевать. Если верить докладам тамошних управленцев, население настроено миролюбиво. И мне очень не нравится, что в этих краях вдруг появился нефрит. Да ещё в таком количестве! Пятнадцать фунтов — не мышь чихнула… В общем, два дня тебе на сборы, и выдвигайся, — подвёл итог Корш.