Он протянул мне кофе.
— Вот твой капучино, — сказал он. — Без сахара, как ты любишь.
Я посмотрела на стаканчик. Потом на его пальцы.
Когда-то они лежали поверх моей руки. Тёплые. Тяжёлые. Осторожные.
Господи, Агата. Соберись.
Я взяла кофе, хотя я пила его уже с утра, так и кофеманом стать недолго.
— Агата...
Я подняла голову.
— За тот поцелуй….я понимаю прошло много времени…
— Не надо, не говори ничего, не нужно объяснять, все хорошо.
Он замолчал, но как будто хотел сказать еще что-то, но я быстро перевела тему.
— А машина где? — спросила я.
— За углом.
— Тогда почему мы стоим тут?
— Давай пройдёмся.
Я подняла брови.
— Артур, у тебя сломался навигатор? Работа же в другой стороне.
— Сегодня не на работу.
Работы больше не было. Была таблица с отказами, съёмная комната, резюме, которое никто не рискнёт рассматривать, и отец, который где-то в своём кабинете, наверное, пил кофе из фарфоровой чашки и ждал, когда я первая сломаюсь.
Я сжала стаканчик. Крышка тихо хрустнула.
— Если ты приехал сказать, что папа ждёт меня дома с раскаянием и семейным нотариусом, можешь разворачиваться.
— Я приехал не за этим.
— А за чем тогда?
Он посмотрел на меня внимательно.
— Давай я тебе объясню, дай мне пять минут, а потом решишь, слушать дальше или нет.
— Хорошо, говори, не тяни— сказала я.
— Ага.
Мы пошли рядом.
Москва утром была серой и влажной. Асфальт темнел после ночного дождя, у бордюра стояли мутные лужи, машины шипели колёсами по дороге.
Артур шёл рядом, на расстоянии вытянутой руки. Пальцы у него были убраны в карманы пальто.
Я заметила это и тут же разозлилась на себя.
Сегодня он не открыл передо мной дверь подъезда, не положил руку на спину, когда мы переходили дорогу, не коснулся локтя у бордюра. Раньше я бы назвала это холодностью. Сегодня поняла: он делает это специально.
— Ты молчишь, — сказала я.
— Да.
— Знаешь, очень содержательно.
— Я просто думаю, как начать.
Я усмехнулась в стаканчик.
— А ты попробуй с угроз, у тебя раньше неплохо получалось. Шучу, ладно, извини, я не выспалась сегодня. Да и вообще, в последнее время из-за поиска работы сама не своя.
Он не ответил сразу. Мы дошли до парапета. Артур поставил свой кофе на камень и поправил манжет свитера, хотя с манжетом всё было в порядке.
Нервничает, поняла я. Поймав эту мысль, я тут же усмехнулась сама себе.
Артур Громов нервничает?
Скорее Москва-река сейчас потечёт в другую сторону.
— Я сегодня ночью тоже не спал, и как раз думал про тебя, про твою работу и так далее— сказал он наконец.
Я едва не ответила: «Добро пожаловать в мой клуб». Но промолчала.