— Мы, — его голос был похож на что-то среднее между скрипом и могильным шёпотом. — Плоть и кровь, что стала оружием.

Его слова отозвались во мне странным эхом. Алтарь за его спиной запульсировал, и с каждой пульсацией моя собственная сила отвечала слабым толчком.

Я поморщился от отвратительного родства.

— Спрашиваю в последний раз, — спокойно проговорил я. — Кто это сделал?

Кошмар вздрогнул, и его длинные, ссохшиеся пальцы с когтями поднялись к собственному лицу. Он прикоснулся к печати.

— Тот, — начал говорить он, но его голос прервался, — тот, кто сковал…

Пальцы кошмара дрогнули, приблизившись к магической печати, пылающей во лбу.

— Имя… его имя… — проскрежетал монстр.

Вот только закончить говорить не смог. Его тело содрогнулось в мучительном спазме. Он изогнулся, печать на лбу вспыхнула ослепительным, болезненным белым цветом, и от тела Кошмара повалил едкий дым.

Одной лишь печати было достаточно. Маги с Востока, как сказал мне Громов. Я знал, с кого нужно было получать ответы. Более того, Кошмары, эти твари передо мной, не были Темниковыми. Лишь осколками, созданными из родовой силы. Я был последним. Иначе меня бы просто не занесло в тело Тимоши.

— Магия так магия, — выдохнул я и крутанул мечи перед собой.

Кошмар медленно выпрямился. От его глаз повеяло древней силой.

— Осквернение памяти моего рода, — холодно отчеканил слова я, глядя прямо на кошмара, — не должно существовать.

Я почувствовал, как, несмотря ни на что, чёрная аура во мне подпитывается и становится сильнее. Я оттолкнулся от камня и спрыгнул вниз. С монстром мне говорить было не о чем. Я приземлился и сделал кувырок вперёд. Кошмар исчез с трона, оставив после себя лишь клубящееся облако чёрного дыма, и над моей головой пронеслись смертоносные когти. Леденящий холод ожогом прошёлся по макушке.

Я вскочил и развернулся. Мои клинки описали две смертоносные дуги, но встретили не плоть, а плотные, как сталь, и вязкие когти Кошмара. В воздух взметнулись искры, раздался оглушительный скрежет. Я отскочил, разрывая дистанцию. Моя аура бушевала внутри, подпитываемая близостью родового алтаря.

Вся моя сущность требовала боя, требовала поглотить эту искажённую версию моей силы.

Кошмар не просто двигался быстро — он телепортировался, исчезая и появляясь на новом месте. Он выскочил прямо надо мной, и мне пришлось отскочить в сторону. Острые, как секиры, когти с грохотом обрушились на камень.

Я послал вперёд два Чёрных клинка крест-накрест. Пламя вспыхнуло в полёте. Кошмару пришлось прыгнуть в сторону, но пламя опалило его левый бок и заставило тварь завизжать.