Близилась ночь, и Кан повёл Вэя к постоялому двору, категорически не приняв уверений в том, что тот сможет сам добраться до дома, будь он хоть трижды пьян.

Вэй шагал по улице, вымощенной гранитными плитами, и зачарованно смотрел на закатное небо.

– Она точно летящая ласточка!

– Что?

– Сюин. Ты не замечал? Живёшь с ней под одной крышей.

– Вэй…

Кану стало как-то неловко.

– А зубы? Ты видел, какие у неё зубы? Точно белая морская раковина!

– Скорее, как у акулы, один раз она меня укусила в детстве, и…

– А её наряды! Ей так идёт этот западный шик!

– Ты в порядке?

– Она затмит луну и посрамит цветы, Кан…

– Я даже не знаю, должен ли я тебе врезать или отвести к лекарю. Ты слишком долго пробыл у нас дома – может, проклятье отца на тебя подействовало, и…

– Даже страх перед шэнми не остановит меня от того, чтобы увидеть её ещё хотя бы один раз!

– … и высосало остатки мозгов. Ну, или это байцзю.

– Ничего ты не понимаешь.

– Я понимаю, что мне стыдно идти с тобой по одной улице, но ты слишком пьян, южанин.

Это была худшая идея из всех, что приходили ему в голову, но Кан об этом даже не задумывался.

Сколько он себя помнил, отец твердил, что люди не должны сами выбирать себе супругов. Любовь, как сама природа, изменчива, недолговечна и безрассудна, а правильный брак мог спасти их семью.

* * *

Время шло, а Цинь появлялся в бедняцком квартале всё чаще и чаще…

Каждый раз он приносил свёртки, оставляя их в одно и то же время в одном и том же месте. Дэмин дары подбирал и, конечно, благодарил Небо, пославшее ему доброго идиота, но о причинах внезапной щедрости не мог и гадать. Однако спустя несколько дней он заметил, что Цинь не ушёл, а остался на месте.

Дэмин даже не шелохнулся. Тогда цзюэ тяжело вздохнул и поднял руки вверх.

– Если выйдешь поговорить, обещаю оставить денег.

Опасно. Он должен был что-то задумать, этот Цинь.

С другой стороны, он отличался полным отсутствием мозга – возможно, тот заплыл жиром, пока он поглощал яства с господской кухни. Если Цинь снова швырнёт в него кошелёк, то Дэмин сохранит добычу до худших времён… К тому же всегда можно скрыться, главное – не подходить на расстояние вытянутой руки.

Взвесив все за и против, Дэмин решился.

– Зачем? – вполголоса спросил он, выглянув из переулка.

Маленький, тощий и костлявый, Дэмин наверняка казался бледной мышью с подозрительным взглядом, но от той пустоты, что отражалась в глазах мальчишки, становилось как-то не по себе.

– Прихоть, – честно признался Кан, не опуская рук, но и не отводя взгляда. – Тебе известно, кто мой отец?

– Всем известно. Придворный шэнми.