— Праздники, мужики, это хорошо. Праздники — это здо́рово. Я тоже люблю выходные, и чем их больше, тем лучше. Но только вот ведь какая получается заковыка. Мы хотим в декабре заработать больше, чем в ноябре? Существенно больше, чем тридцать за день? Хотим?

— Ну… хотим… да, — нестройно отозвались собравшиеся.

— Отлично. А теперь вводная. Вчера в управлении утвердили аккорд для нашей бригады. Плюс пятнадцать процентов к закрытому, но при условии, если к двадцать девятому декабря мы выполним всё, что намечено. Тот самый план-график, что висит щас в каптёрке и у Гурамыча. Выполним, заработаем по девятьсот и выше. Не выполним, — развёл Николай руками, — не обессудьте…

Лишь после этого народ наконец проняло́. Все оживились, загомонили, начали наперебой расспрашивать о деталях, спорить… О выходном на День конституции никто уже не вспоминал. Скорее, наоборот, некоторые предлагали вообще в декабре работать без выходных, на что Стрельников довольно резонно заметил, что без выходных невозможно — та самая Конституция не позволит. Да и потом сейчас не война, и пахать на износ ни к чему. А вот работать по умному — об этом и вправду надо подумать. Но только не прямо сейчас, а вечером, когда норму по плану закроем… На этом, собственно, и порешили. И разошлись по местам. Кто на сантехнику, кто на кладку, кто на раствор, кто на армирование перекрытия на лестничной клетке…

Часам к одиннадцати на площадку прибыл снабженец из треста. Инженер-экспедитор, как он себя сперва обозвал, а после представился по имени и фамилии: Туманов Виктор Иванович. Буду, сказал, курировать этот объект по заданию Трепакова.

С собой он, к слову, привёз килограммов сорок поташа, несколько новых носилок, рукавицы, лопаты, вёдра, ещё кое-что по мелочи… А когда разгрузил разъездной ГАЗон, ещё минут двадцать сидел в бытовке у мастера и выписывал основные потребности стройки на ближайшие десять дней.

— Шустрый товарищ, — сказал про него Гурамыч. — Чувствую, не к добру это всё. Чувствую, замордуют нас с этим планом, как пить дать…

Пообедать спокойно, чтобы никто никуда не дёргал, Николаю снова не удалось. К часу на стройку приехали «технадзор» Зубарев и товарищ Летягин, тот самый проектировщик из «Облстройпроекта», который присутствовал на совещании в тресте. Звали его, как Гайдара — Аркадий Петрович.

Зубарев сразу же убежал смотреть арматуру. Летягин же вызвал в бытовку к мастеру Стрельникова и там насел на него, как медведь на крестьянина из басни Крылова. Тёзку Гайдара интересовало всё: и про добавки в раствор и бетон, и про новые способы электропрогрева, и про «придуманную» бригадиром систему опалубки перекрытий, и про о́тжиг вязальной проволоки, и про «новые» типы бадей для бетона, и про линейно-блочную схему планирования производства работ (Николай с удивлением узнал, что привычные ему сетевые графики из девяностых-двухтысячных здесь практически не применяются)…