Когда Стрельников-Петражицкий читал об этом в архивах, у него складывалось ощущение, что Хрущёв сотоварищи просто не понимали, что такое планирование пространственного развития, что без видения перспективы, без стратегических, инфраструктурных проектов, связывающих огромнейшую страну, она просто обречена на развал, а её экономика — на бесконечное отставание от конкурентов…
Стрельников даже поужинать сходить позабыл, пока размышлял о грядущем и составлял «грандиозные» планы. А отвлёкся от них лишь тогда, когда тётя Зина сама вошла к нему в комнату и сообщила с тревогой:
— Там тётя Рая пришла. Плачет, что Витька пропал…
[1]ЕНиР — единые нормы и расценки на строительные, монтажные и ремонтно-строительные работы. ЕРЕР — единые районные единичные расценки на строительные конструкции и работы.
Глава 12
— Витька⁈ Пропал? Когда? — не сразу врубился Стрельников.
— Да если б я знала? — развела руками Зинаида Степановна. — Это надо у Раи спросить. Она говорит, что Витька бумагу какую-то написал. А что там, наверное, только ты и поймёшь.
Старший сержант выскочил из-за стола и ринулся в коридор.
Раиса Ивановна сидела около двери на табуреточке, не снявши пальто, со сбившимся на затылок платке. Из-под платка выбивались растрёпанные волосы, лицо казалось осунувшимся, глаза припухшими.
— Вот, — протянула она Николаю бумажный листок.
«Стрельник, сегодня я соскочу. Ровно как ты говорил. Надеюсь, что всё получится. А не получится, значит, судьба такая. Мама поймёт».
— Я ничего, Коль, не понимаю. Совсем ничего, — голос у тёти Раи дрожал, но всё же она пыталась держаться. — Куда соскочить? Зачем? Может быть, ты что-то знаешь. Я с работы пришла, а Витюши нет, и он до сих пор пришёл. И это письмо ещё непонятное…
Стрельников посмотрел на часы.
Двенадцать пятнадцать. Неплохо, однако, он засиделся. И насчёт Витьки тоже не очень понятно. Хотя…
— Раиса Ивановна, — посмотрел он на Левашову. — В вашей школе и музучилище аванс когда выдают?
— Двадцатого, — удивленно ответила та.
— А привозят вечером девятнадцатого, — припомнил старший сержант ещё доармейские разговоры с «Лешим» и прочими, кто брал уроки баяна у тёти Раи.
— Ну да, девятнадцатого. Наша бухгалтер сама за деньгами ходит. До банка там недалеко, всего два квартала, но её всё равно всегда кто-то сопровождает. Кто-нибудь из мужчин.
— И деньги в кассе всю ночь лежат?
— Ну, наверное. Где же им быть-то?
Стрельников дёрнул щекой.
Он не помнил, был ли в кассе училища и объединённой с ним музыкальной школы даже не сейф, а хотя бы металлический шкаф, но подобная безалаберность — оставлять в общественном здании на ночь крупную сумму (хоть на зарплату, хоть на аванс) вместо того, чтобы раздать её сразу… нет, его «молодого» это ни разу не удивляло. А вот другого, более опытного, искушённого, отлично помнящего, что частенько случалось в таких ситуациях в будущем, буквально в ступор вводило…