— Этот научный подход людей жрёт и в себе подобных обращает, — напомнил я Зэру, не заметив, как коснулся спиной стены коридора.

Зомби уже не нападали, а, рыча, отбегали от меня и снова кидались, останавливались за пяток шагов и снова отбегали на четвереньках.

Я взлетел в люк, освещая чердак лучиком света. Меня уже ждала семья шляпников. На этот раз нож был у мужичка, а его супруга жалась к его спине.

Подойдя к каменному блоку, весившему, наверное, как половина коня, и уперевшись в него руками, я подвинул его на прежнее место, закрывая зияющее отверстие.

— Так, теперь выход с чердака… — проговорил я и направился мимо лавочников на другую сторону крыши.

Серые доски оказались не такими прочными, как могло показаться на первый взгляд, и я без труда вырвал их одну за одной голыми руками, затем, обернувшись к семейной паре, указал на проход, который уже заливало алое вечернее солнце:

— Ну! Там, впереди, безопасно. Но на улицы вам лучше не спускаться.

— Спасибо тебе, кто бы ты ни был! — затараторил лавочник. — Всегда заходите в наш магазин, всегда!

В ответ я лишь кивнул, провожая их взглядом. Сквозь балки и сухие опилки уже пробивался дым. Интересно, мелькнула мысль, в какой это магазин меня пригласил шляпник, если сейчас этот сгорит дотла?..

— Райс, я заглянул сквозь крышу. Там тоже арбалетные гнёзда и тяжелая дверь, — сообщил появившийся рядом Зэр.

— Ну и как быть? — развел я руками, пряча саи.

— Ломай стену тут! — указал Зэр сквозь боковину чердака прямо над люком. — Она вплотную прилегает к крепости.

— Там же камни необъятные…

— Да, но кладка прямая, а не полигональная. Кроме того, ты световоин серебряной лиги, а это — всего лишь камни.

— На них антикультиваторный заслон.

— Когда обезьяна взяла в руки камень, она стала человеком! Вот и ты возьми камень! — указал Зэр взглядом на плиту, закрывающую люк. — Только поторопись. Когда откроешь люк, появится тяга, как в печке, и всё пламя рванет сюда!

— Слушай, откуда ты знаешь про эту теорию происхождения людей? Ее же впервые упоминают в книгах про Триединого, а ты же жил раньше.

— Да чушь этот ваш Триединый! Даже дети знают, что человек — это зверь из сферы, которого выпустили предыдущие народы. Мы были для них великанами, как кара за их дела и нарушения закона сфер. Но когда мы уничтожил всех лилипутов, то стали плодится и размножаться и, не желая возвращаться в сферы, заняли Тёмный мир.

— Звучит еще бредовей, чем происхождение от обезьяны, — хмыкнул я и подошёл к плите.

— К тебе это не относится. Это — история Темного мира, а ты, светломирец, будь добр бери камень и ломай эту дурацкую стену, пока мы тут не сгорели с тобой из-за твоей болтовни!