Ци ушло. От удара люк сорвало с петель: энергия стопы подбросила лежащий на нем груз и унесла во тьму чердака. Крыша надо мной жалобно скрипнула.

Снаружи послышались звуки. Кто-то рычал и царапался в двери цитадели, вновь свистели выстрелы и разряжались механизмы арбалетов, снова раздался треск горящей смолы и короткие команды обороняющихся.

— Твой некромант перестарался, — хохотнул Зэр. — Похоже, весь город теперь в его созданиях.

В лавку забежало горящее умертвие и, метаясь по первому этажу, начало разносить огонь по выставленным вокруг шляпам. Они тут же вспыхивали, заражая огненной болезнью всё вокруг.

Я подпрыгнул и растопырил ноги в верхней точке своего полета, чтобы аккуратно встать на края люка. Светомагии хватило лишь на тусклый фонарик, и я ступил на чердак. Его пол был устелен опилками, а значит, это была не просто шляпная лавка. Тут утепляли крышу, тут жили люди…

— Марфа, горим! — донеслось снизу.

— Не отвлекайся, — шепнул мне Зэр.

— Кто-то говорил про то, что если идти против совести, искра погаснет, — ответил я.

Внизу уже слышались рык и звуки борьбы.

— Гиена… — бессильно выругался Зэр.

Я прыгнул в отверстие и снова оказался на втором этаже. Здесь уже всё горело. Прямо по коридору лежал упитанного вида мужичок в голубой пижаме и отчаянно пытался сдержать навалившегося на него зомби, стискивая того за горло.

Быстрым шагом я подоспел к ним и на выдохе ударил в голову умертвия ногой, словно это был кожаный мяч. Голова не отлетела, — видимо, тело досталось тёмным силам сравнительно недавно, — но позвонки хрустнули, и клацающая морда зомби повисла на мягких тканях, заваливаясь назад.

Я подал руку мужичку и, заглянув в спальню, увидел испуганные глаза женщины среднего возраста, одетой, как и мужчина, в пижаму. Не в силах шевельнуться, она сжимала перед собой трясущимися руками столовый нож. Её лицо сковала гримаса ужаса.

На улице вновь заработали арбалеты и показались языки пламени от льющейся и поджигаемой смолы.

— Надо уходить через крышу. На улице зомби, — сказал я и одним махом поднял мужичка, которого распознал как хозяина лавки.

— Мой магазин… — только и проговорил он, глядя на пламя и на вбегающие внутрь фигуры.

— Другой откроешь! Выводи жену через люк.

— Люк закрыт. Отцы заложили его плитой. И выходы на крышу заколотили, — пробормотал хозяин, быстро подходя к супруге и стараясь вывести её ко мне, придерживая за плечи.

— Давайте наверх, сейчас вам будет путь, — произнёс я и почувствовал, как левый перстень потеплел.

— Знаешь, как погибали паладины? — неожиданно спросил Зэр.