— Птицей? Но меня же выбрала обезьяна.

— Это я выбрал обезьяну! — хлопнул себя по лбу Зэр и медленно, будто пытаясь вдавить суть сказанного в мою голову, повторил: — Притворись, что твоя обезьяна притворяется птицей. Так понятней?

— Пожалуйста, обещай мне, что больше никогда и никого не будешь учить, — пробормотал я.

К моему удивлению, это оказалось довольно простым заданием. Я повторял это упражнение, но Зэр не хвалил меня, а только гладил свою жидкую бородку с усами и в какой-то момент произнес:

— Даже не знаю, как на это реагировать. Обычно это может занять годы, но, видимо, из-за большого потенциала или таланта вкупе с прохождением испытания Сферы тебе это даётся легче, чем остальным. Напомню: никому и никогда не отдавай своё кольцо. Как бы невозможно это ни звучало, но с его потерей обнулится весь твой опыт, и тебе придётся всему обучаться заново. Поверь, такого даже врагу не пожелаешь.

— Я понял, — серьезно ответил я. — Кстати, почему ты решил, что у меня хороший потенциал?

— Сочетание цвета глаз. У тебя они разные, а это — показатель открытого потенциала. У меня, например, они огненно-красные, а это означает, что мне доступна Высшая степень мастерства.

— Цвет глаз⁈ — Услышанное было для меня сродни перевернувшемуся миру. — Я всегда думал, что это какой-то дефект или проказа, но чтобы от этого зависел талант?.. Удивительно. И что? Мне, получается, тоже доступна высшая степень мастерства?

— Кхм… Скорее эпическая… — В этот момент я впервые увидел неловко выглядящего Зэра и даже протёр глаза, пытаясь убедиться в том, что это не наваждение. Однако император быстро пришёл в себя и, насупив брови, рявкнул: — А ты чего отдыхаешь-то? Давай, делай упражнение! Шут!

* * *

Время шло довольно быстро. К моему восторгу, я добился того, что как только копьё приближалось к животу, моё тело изгибалось, будто волной, и разворачивалось, пропуская обмотанную портянками палку мимо.

Зэр дал новое задание, и я ещё полдня раскачивался корпусом, словно выныривал из водоема, тогда как Блик размахивал надо мной своим импровизированным оружием.

По телу струился едкий пот, будто я принял душ, но, в отличие от воды, он щипал глаза и заставлял кожу зудеть. Теперь я понял, почему Зэр велел мне снять одежду, оставшись в чём мать родила. Стирку и сушку в нашем путешествии мы не могли себе позволить ещё очень долго. Воздух плато благотворно действовал на мои раны, так что уже к полудню лицо почти перестало болеть.

Я продолжал тренироваться, от накопившейся усталости чувствуя себя деревянной марионеткой. Когда Зэр добавил в мои упражнения элементы с весьма напоминающим танец вращением, сходство с ней стало ещё больше.