Войдя в нужный цех, я сразу понял, почему Борис Петрович говорил о нём с такой досадой.

Он сильно отличался от нашего, и не в лучшую сторону. Станки, хоть уже и не новые, но все были покрыты слоем масла, пыли и стружки, словно про уборку рабочего места здесь и слыхом не слыхивали. Да и в целом, создавалось общее впечатление неряшливости, хотя не мне судить. Я довольно быстро нашёл своего «больного», который стоял в углу. Посмотрев по сторонам, я не стал тратить время и положил обе своих руки на корпус. Так я и думал, его «болячки» были довольно обыденными и отнюдь не смертельными. Борис Петрович, очевидно, решил перебдеть, ибо до планового капитального ремонта этому «динозавру» было ещё далеко. Хотя, если его так обслуживают, возможно, срок его «жизни» может и изрядно сократиться. Я мысленно составил для себя список запчастей и мероприятий для его «выздоровления», передам начальнику, а там пусть уже сам решает.

* * *

Сразу после работы я направился не в кузницу, а к Афанасию Аристарховичу. Мне снова нужно было в его обитель знания, ведь в изучении трактата о резонансах я зашёл в некий тупик.

Внутри ничего не поменялось с моего последнего визита, лишь, пожалуй, увеличилось количество книг, которые закрывали все возможные плоскости его полуподвального помещения.

Сам хозяин сидел за своим столом-верстаком, заваленным стопками бумаги, инструментами и банками с неизвестным содержимым. При свете настольной лампы, которую он зачем-то задвинул себе за спину, тени, что он отбрасывал на противоположную стену, напоминали паучьи лапки. Хотя нет, он был скорее старым, мудрым жуком-древоточцем, въевшимся в самую сердцевину древесины знаний.

Его длинные пальцы с жёлтыми от клея ногтями сноровисто собирали очередной манускрипт, который по своей толщине превосходил кирпич. В процессе он шевелил губами, словно повторяя алхимические формулы, или какие-то древние колдовские заклинания.

Я не стал его окликать, тем более что был уверен, что моё появление не было незамеченным. Просто подошёл и положил на край стола, свободный от хлама, два предмета: «Трактат об эфирных резонансах» и листок из блокнота, испещрённый моими вопросами. В целом он был мне не нужен, потому что я их задавал себе уже столько раз, что высек их у себя в голове.

— Теория красива, — сказал я, и мой голос прозвучал в окружающей тишине излишне громко и несколько грубовато. — Но, увы, бесполезна без практики. Но где взять упражнения? Конкретные методики? Как почувствовать этот самый резонанс, а не просто прочитать о нём?