Подвал. Совершенно логично, не чердак, не кладовая, не кабинет в конце концов. Подвал. Сухо, прохладно, постоянная температура, никаких лишних глаз, а главное, никаких случайных визитов. Идеальное место для алхимика-затворника, одержимого своими странными экспериментами.

— Подвал, — повторил я, и мои собственные мысли, прояснившись, зазвучали для меня самого громче набата. — Там могло что-то сохраниться. Настоящий архив. Не пыльные книги на чердаке, а инструменты, записи, материалы. — Я сделал короткую паузу, а мозг в это время уже просчитывал варианты проникновения, оценки состояния, рисков. — Марфа ничего не говорила, где вход в его пещеру Алладина?

Таня покачала головой, и её светлые, распущенные волосы колыхнулись, отбросив на стену пляшущую тень.

— Только что где-то в полу, под верстаком. Алексей, давай посмотрим! — с новым энтузиазмом зашептала Татьяна, глядя на меня снизу вверх своими большими испуганными глазами. — Завтра, ну послезавтра. Или даже на выходных, родители в гости планировали уехать. А я скажусь болезной, маменька ни в жизнь со мной не останется, спихнёт на прислугу. Это если бы вопрос Эдика касался…

Её вопрос повис в воздухе, она с надеждой смотрела на меня, а меж тем ответы сразу сложились в моей голове, и я ответил практически мгновенно.

— Увы, в будни я занят до вечера, и работа, и учёба. В выходные все остальные дома всё одно, вообще не выберемся. Если не дядя с тётей, так прислуга в отсутствие хозяев сама вошкаться по углам будет.

Я замолчал, глядя на тьму за окном. Нет, откладывать смысла нет. Решено, сейчас. Да и на улице ночь безлунная, хоть глаза коли. Родственнички уже в опочивальнях давно, да и дворовые давно на боковой. Все настолько привыкли к моим поздним возвращениям, что уже и внимания не обращают, опять же на руку. Идеальный момент, да и, пожалуй, единственный.

— Да что тянуть? — подытожил я, и решение придало моему голосу твёрдость. — Пойду сейчас и схожу. Время позднее, твои уже давно седьмой сон видят…

Она вмиг насупилась, а вся её хрупкая, подростковая фигурка напряглась, как тетива лука. В глазах вспыхнуло пламя, так не вязавшееся с миниатюрным обликом сестрички.

— Но я с тобой пойду! — решительно сказала Таня.

— Да ты чего это удумала, — моментально произнёс я, стараясь вложить в голос командирские нотки. — Иди в комнату, обещаю, я всё тебе потом расскажу.

Это было отличное, оптимальное предложение, и полностью безопасное. Вот только одного я не учёл.

— Нет, — прошептала она, и в этом тихом звуке было столько напора, что я мысленно отступил на шаг. Её глаза, обычно добрые и немного испуганные, горели холодным, стальным огнём. — И вообще, это я тебе всё рассказала. Если бы не я, ты и не знал бы ничего. — Она сжала свои маленькие кулачки, и в этот миг она была уже не милой маленькой девочкой, а грозной, злой фурией, чьё достоинство было задето. Её милые глазки так и метали молнии.